– Это только моё и Махры, – женщина сверкнула карими глазами и подтянула блюдо ближе к себе.
Вот как… Местная мафия, считающая себя выше остальных.
– Палва? Я правильно называю твоё имя? Лайза, кажется, ясно сказала: «Я обедаю и ужинаю здесь», – я прибавила металла в голосе. Как иногда это приходилось делать в больнице, когда мою природную вежливость некоторый медперсонал принимал за слабость.
– Как–то всё равно, что сказала Лайза. Сегодня на тебя еды не передали. Поэтому обедать сегодня не про тебя, – женщина усмехнулась и продолжила тянуть блюдо на себя.
– Как-то всё равно, передали или нет, – я приподнялась и подхватила ложкой понравившиеся кусочки печёных овощей. – Тем более, госпожа Эхра распорядилась меня покормить. Вы решили ослушаться свою госпожу?
Увидев злые и перекошенные лица женщин, я с улыбкой положила в рот кусочек крауса, который разломила ложкой.
– Говорят, ты лекарь? – спросила вторая служанка, молча смотрящая за перепалкой Палвы со мной.
– И что? – я кладу кусочек пирога на свою тарелку.
От аппетитного сочного кусочка, растаявшего во рту, прикрываю блаженно глаза. Не думала, что еда может быть таким удовольствием.
– Верится с трудом в твои россказни о том, что ты лекарь, – вытолкнула с очевидным презрением Махра и уставилась пренебрежительным взглядом.
Я покачала головой. Разуверять никого не собираюсь. Сложно, когда не найден общий язык с людьми, с которыми работать бок о бок. Но люди так часто меняют свое первоначальное мнение обо мне. Поэтому хрупкая и нежная на первый взгляд девушка с длинными волнистыми волосами и тёмно-голубыми глазами не будет сидеть, сложа руки, а будет медленно и верно идти к своей цели.
А цель у меня пока одна: обустроиться в этом мире и искать способы вернуться домой.
Если я смогла попасть сюда, должна и выбраться отсюда.
Надеюсь на это…
Иногда думала, что сила моей мысли была настолько велика, что проход между мирами стал зыбким и призрачным, и я смогла без труда оказаться в мире с двумя спутниками и огромными деревьями.
– Меня мало интересует чьё-то мнение, – ответила с полным ртом и проводила взглядом быстро удаляющиеся фигуры в белых передниках и чепцах.
Я сполоснула все тарелки, которые собрала на столе в небольшом тазу, стоящем на полке, и, протерев полотенцем из грубой ткани, положила на полку у стены.
– Россказни, значит, – усмехнулась на мнение недалёких особ, которым жалко разделить еду, которую им в достаточном количестве принесли с кухни.
Обычно еду для слуг хозяйского дома на небольших подносах, накрытую небольшими кусками плотной ткани, приносила Айлин. Я замечала, что еда для слуг дома отличалась от той, что раздавали конюхам и другим работникам дома.
Сытнее, вкуснее и весомее…
Я вышла из комнаты и быстрым шагом направилась к лестнице, застеленной фиолетовым ковром.
Ускорила шаг, приближаясь к столовой на первом этаже, двери которой открыты. Я крепко сжала юбку и чуть-чуть ее приподняла, чтобы не запутаться в длинном подоле.
Краем глаза замечаю мужскую компанию, вальяжно рассевшуюся вокруг стола, заставленного разнообразными блюдами.
Похоже, что гостеприимство затянулось и плавно перешло в застолье по случаю рождения сына Грегори.
– Лиана! – от громкого мужского голоса немного похолодело в груди.
Я прекрасно помню, как грубые мужские руки сжимали мою грудь и задирали подол юбки. И губы, на которых ещё чувствовался вкус терпкого напитка, терзали мои. А мужской компании, как минимум из десятка подпитых мужчин, показываться не хотелось.
Уже у лестницы мужская ладонь легла на моё запястье.
Я неохотно повернулась.
– Лиана! – повторил Грегори, и губы мужчины растянулись в улыбке. – Пойдём, я представлю тебя нашим соседям. Всем чрезвычайно хочется взглянуть на лекаря в юбке.
– Вот как. Основной момент, который интересен, это то, что я в юбке? – я озадаченно почесала лоб.
– Ты свалилась на голову в лохмотьях бродяжки. При этом сама обладаешь навыками, которые дорого ценятся в нашем мире.
– В мире полно чудес, сэр Грегори. Сегодня вы просыпаетесь в одном месте, а завтра…– я осеклась. – Бурными потоками жизни вас вынесло совсем в другое место.