Я стиснула зубы от злости и отчаянной решимости. В его глазах я все же была простой игрушкой, которую можно трепать и крутить по своей воле, и я не смела возразить. Не сейчас. Пусть будет так.
Король ясно дал понять: у меня нет права на ошибку. Я смогу покинуть это место только в случае успеха, иначе путь обратно окажется закрытым навсегда.
— Я принимаю ваши правила, — сквозь зубы процедила я, выдавив из себя ровный, холодный тон. — Но у меня есть одно условие.
— Смело, — хмыкнул эльф, и в его глазах промелькнула тень любопытства, — говори свое условие.
— Я буду приходить к вам каждый день, однако вы не будете использовать свою эмпатию на мне, — строго глядя на него, заявила я.
— Эльфы не контролируют это. — Он медленно наклонил голову, будто признавая вызов.
— Отнюдь это ведь тоже часть магии, а значит, эту способность можно взять под контроль, — настаивала я, ощущая, как мой голос превращается в тихую броню из уверенности.
— Допустим, я соглашусь на это условие и постараюсь исполнить его, хоть и не могу ничего обещать, — нахмурился принц, — тогда и у меня есть условие.
— Я слушаю вас.
— Правил у нас и так нет, — произнес он шепотом, — а суть состоит в том, чтобы заставить другого сдаться. Тогда я хочу использовать любые методы, чтобы заставить тебя проиграть, — коварно улыбнулся эльф. — Даже самые грязные и коварные способы, и ты не посмеешь жаловаться.
Это была ловушка, в которую я уверенно шагала сама. Казалось, что в воздухе уже витает вкус моего поражения.
Страшно было понять, что в голове у Феликса Йенса, потерявшего все положительные эмоции. В нем был целый океан холодной логики, расчетливых трюков и бездушных решений. Но я уже не могла отступить.
— Хорошо, — неуверенно, но твердо ответила я, закусив губу изнутри до крови.
В тот момент я начала сомневаться в том, какой путь был хуже: остаться в Алфисе и потерять себя, или же сбежать в Элейс, встретившись с настоящим чудовищем.
Глава 7
Три недели назад
Выпускной курс…Четыре года в академии пролетели незаметно. Казалось, только вчера я тревожно готовилась к вступительным экзаменам, и вот теперь я уже в предвкушении выпускных, а в душе звучит уверенная песня зрелости. Поэтому это была последняя возможность выбраться домой перед долгожданной чередой испытаний и новых дорог.
Сидя в подвижной повозке и смотря на вечерний пейзаж столицы, я думала, что получу наставления отца, его мягкую уверенность и теплую поддержку. Не подозревая, что в это мгновение он готовил для меня иной разговор.
Повозка тихо остановилась возле ворот нашей столичной усадьбы, где дворецкий встретил меня с легкой улыбкой, как будто давно ожидал этот визит. Я улыбнулась в ответ и направилась в гостиную, помня о том, где обычно проходит вечер в нашем доме.
— Отец, — радостно позвала я, едва ступив на порог, и голос дрогнул от долгожданной встречи.
— Далия? — словно удивился он моему появлению, и в его словах скользнула нотка неожиданности.
Я зачем‑то притормозила, словно не желая разрушать эту мгновенную иллюзию спокойствия, и, сделав вид, что не заметила его удивления, шагнула вперед, но в груди была обида, словно меня и не ждали вовсе.
Из-за учебы я не покидала академию последние полгода, и мне хотелось хотя бы ненадолго раствориться в домашней атмосфере перед практикой и экзаменами.
— Рад тебя видеть, милая, — натянуто улыбнулся он и шагнул ближе, заключив меня в объятия.
— Дорогой, кто там? — услышала я женский голос со второго этажа.
— Рози, это Далия, — ответил отец.
По лестнице раздались тяжелые шаги, и я успела натянуть вежливую улыбку, чтобы встретить Рози, которая не так давно тоже стала частью нашего дома.
— Добрый вечер, — поздоровалась я, пытаясь скрыть в голосе легкую нотку волнения.
— Далия, — протянула Рози. В этот момент я почувствовала, как воздух вокруг становится густым от невыраженных слов и недосказанных советов.