Стук был лёгким, два коротких удара костяшками, с паузой между ними.
Ника открыла глаза.
— Ты ждёшь кого-нибудь? — спросила она тихо.
— Нет.
Я встал и открыл дверь.
На пороге стоял Алексей Павлович, а за его плечом была Марина. Вблизи, при дневном освещении коридора, я рассмотрел его жену подробнее, чем вчера. Женщина лет тридцати, с мягким круглым лицом и тёмно-русыми волосами, уложенными в простую причёску. Цвет кожи ровный, следов вчерашней мигрени нет. Анальгин помог, или мигрени не было.
В руках у Марины была прямоугольная картонная коробка, перевязанная атласной лентой.
— Илья Григорьевич, — сказал сосед, его голос звучал тепло и не навязчиво, — мы хотели вас отблагодарить. Ваше лекарство подействовало, Мариночке стало намного лучше. Вот, позвольте, — он кивнул на коробку в руках жены, — это белёвская пастила, мы везём из Москвы. Не составите ли нам компанию за чаем? Мы ненадолго, обещаю.
Марина улыбнулась открытой, немного застенчивой улыбкой, которая шла ей куда больше, чем вчерашняя бледность с мокрым полотенцем у виска.
Я просчитал варианты за те три секунды, пока делал вид, что размышляю над приглашением.
Отказать, значит повести себя нелогично. Молодожёны в свадебном путешествии, которые отвергают дружеский жест соседей по вагону, это странность, которую запоминают. Легенда требовала общительности, расслабленности и отсутствия видимых причин для подозрительности. К тому же, если Алексей Павлович тот, за кого я его подозреваю, то отказ от контакта ничего не изменит. Он уже знает наши имена и видел, что я вожу с собой дорожную аптечку.
Принять, значит провести неопределённое время в обществе человека с улыбкой Демидова, одновременно скрывая свои подозрения от Ники и поддерживая легенду беззаботного свадебного путешествия. Многозадачность, к которой лекарская работа меня, в общем, приучила.
— С удовольствием, — сказал я и посторонился, приглашая их войти. — Ника, у нас гости. Соседи хотят отблагодарить за вчерашний анальгин.
Ника уже сидела на диване, и вид у неё был бодрым и приветливым. Она успела пригладить волосы и расправить платье за те секунды, пока я стоял в дверях, и сейчас улыбалась гостям с тем мягким обаянием, которое у неё включалось при общении с незнакомыми людьми.
Алексей Павлович и Марина сели на мой диван, напротив Ники. Марина поставила коробку с пастилой на столик и развязала ленту, а сосед тем временем быстро и мимолетно огляделся. Его взгляд прошёлся по моему саквояжу на верхней полке, по справочнику Снегирёва на столике, по вазочке с фиалками и задержался на браслете у меня на левом запястье. Задержался на долю секунды дольше, чем на остальных предметах.
— Мариночка, расскажи, как подействовало лекарство, — произнёс Алексей Павлович, обращаясь к жене, но глядя при этом на меня.
— Через полчаса всё прошло, — Марина говорила тихим голосом, с той же застенчивостью, которую я заметил в её улыбке. — Будто рукой сняло. Я потом ещё удивлялась, обычно мигрень у меня держится до вечера, а тут раз, и всё.
— Анальгин, — сказал я. — Стандартный анальгетик. Ничего особенного.
— Вы лекарь? — спросила Марина.
— Лекарь, — ответил я. — Мастер-целитель. Работаю в Муроме, в Диагностическом центре.
— О! — Марина оживилась. — Как интересно. А мы из Москвы. Лёша, ты не рассказал, что наш сосед, это лекарь.
— Я не знал, — сказал Алексей Павлович, и его голос прозвучал ровно. — Хотя мог бы догадаться. Дорожная аптечка, по которой вы нашли нужное лекарство за пять секунд, — это укладка профессионала, а не домашняя аптечка с пластырем и зелёнкой.
Наблюдательность. Отмечаю.
— А вы чем занимаетесь, Алексей Павлович? — спросила Ника.
— Коммерция, — ответил сосед, и его тон стал легче, небрежнее. — Импорт-экспорт. Закупаю лекарства в Османской Империи для московских аптек. Скучно рассказывать, но кормит неплохо. Мы с вами в каком-то роде коллеги.
Лекарь и фармацевтический коммерсант имеет столько же общего, сколько и тигр с кошкой. Семейство — одно, суть — разная.
— В Измир? — спросил я.
— В Стамбул, а оттуда пароходом по побережью. А вы?
— Свадебное путешествие, — сказал я и кивнул на Нику. — Мы только что поженились. Едем в Измир, хотим посмотреть Эфес.
— Поздравляю! — Марина сложила руки у груди. — Какая прелесть. Лёша, надо было взять шампанское.