Каюсь, возникла преступная мысль попросить Саммер, чтобы та периодически приходила и пользовалась своими способностями. Эти пять минут без учений равнялись целому году, когда я еще не захворал. Но, естественно, свои желания я пресек на корню.
— И о чем же вы с Саммер так долго беседовали? — в гостиную неслышно прокрался мой друг, выполнив все, о чем я просил.
— Долго? — повернулся к нему. — Альфред чай не успел принести.
— Ладно, недолго, — усмехнулся Уэйд. — Но я полагал, что ты выставишь леди Мэтисон через секунду. Ты с утра не в духе.
Мы расположились на диванах, и помощник по-хозяйски откупорил бутылку, щедро плеснув в свой и мой бокал.
— Верно, я был не в духе. И с некоторых пор недоволен еще больше. — Вспомнил о коварстве двух девочек Уоррен. — Уэйд, ты должен оказать мне услугу.
— По-моему, — развалился тот, отпивая, — я только этим и занимаюсь. Ты же для этого меня нанял. Что надо сделать?
— Раз ты такой сговорчивый, — поразился его воодушевлению, — то услуг будет несколько.
— Дай угадаю, одна плохая, другая хорошая? — рассмеялся он.
— Скорее обе плохие, но тебе понравится.
Я наклонился к нему поближе, пересказывая отвратительную идею Магнолии и Дейзи. У самого в голове не укладывалось, что милые девушки, чье взросление прошло на моих глазах, совершили подобную пакость. Уэйд не перебивал, но лицо темнело и темнело.
— Очень подло с их стороны. Леди Мэтисон и без козней сестер достается.
— Именно поэтому они и исправят то, что сотворили. Донеси до них, как ты умеешь, — в авторитете господина Блэка не сомневался. Когда ситуация того требовала, он умел наводить страху. — Раз им нравится сплетничать и злословить, пусть разнесут правду о приключении Саммер в лесу. С какой стати Браун ходит безнаказанным?
— Ну да, а ты его не наказал? — хмыкнул Уэйд.
Утром мы случайно пересеклись с Джейми, и маг выглядел отвратительно. Подбитый глаз, разбитая губа, опухшая щека — это малое, что я мог сделать с ним. В момент, когда я понял, чего он добивался, чудом не прибил наглеца на поляне. Браун чувствовал вседозволенность из-за высокого титула, ко всем относился свысока. Немного физических страданий не повредят, а я буду присматривать за ним внимательнее. Такие недостойны жить в Лавенхейме.
— Видимо, недостаточно. Пострадала одна Саммер, а я лишь подогрел слухи. Снова избивать Джейми? Это не поможет нашей новой целительнице, скорее все усугубит.
— Хорошо, как скажешь, — кивнул Уэйд. — С Робертом поговоришь? Надо бы начать с него, чтобы он перестал проклинать леди Мэтисон.
— Нет, увы, — тут я был вынужден отказать. — Я обсужу с ним поведение дочерей, но разбираться в распрях между Саммер и Робертом не буду и не обязан. Она должна сама завоевать его уважение. В конце концов, им работать вместе.
Я поднялся, показывая, что наш разговор закончен. Мой бокал так и остался полным. На выходе друг остановил меня.
— Ты упомянул две просьбы. Какая же вторая?
— Да, разузнай о Саммер как можно больше.
— Зачем? — удивился Уэйд. — Чего мы о ней не знаем? Училась в Брекенридже, лучшая на курсе, хорошая девушка, аристократка, симпатичная. Чего тебе еще не хватает?
Он перечислял информацию так, словно я подыскиваю себе жену.
— Увы, только это нам и известно. Узнай, кто ее родители, чем она занималась до поступления в лекарскую академию. Боги, по какой причине ее сюда сослали? Она не раз и не два обронила, что у нее вышел конфуз с ректором. Мне интересно, какой. Тебе же это не составит труда? Даже разрешаю написать моему брату.
— Не надо ему писать, — резко помрачнел Уэйд. — Я, кстати, с этим и шел к тебе, пока Саммер меня не... — он запнулся, — не сбила с ног. Пришло послание от него. Майкл через несколько дней будет в Лавенхейме, хочет тебя навестить. Сына с собой взял.
— Проклятье, — выругался я, и будто назло, колено «прострелило» вспышкой. — Его нам здесь и не хватало.
Глава 7. Саммер
После встречи с Его Светлостью я так и не смогла сомкнуть глаз. Свершилось невероятное. Он допустил меня до банального осмотра. Пусть мне и пришлось учинить глупый скандал, словно мне пятнадцать лет.
Вспоминая о том, что ему наговорила, я стыдилась и морщилась. Вот уж правда, язык мой — враг мой.
Но мысли о Дейзи и Магнолии я оставила позади, решив не предаваться пустой мести. Меня и силы мои не столько удивили, подозрения закрались раньше, когда Эви признала, что рожать ей было не сильно трудно и местами терпимо. Учитывая, что в Терралии обезболивающим средством служил один эфир, который чуть ли не равнялся опиуму из моего мира, я тогда скептически отнеслась к заявлению.