Глава 12
Это… было… больно…
Даже в воздухе эта туша продолжала драться. Огромные руки с костяными наростами молотили по моим рёбрам, каждый раз выбивая воздух из лёгких. Одна особенно меткая плюха едва не сбросила меня в свободное падение.
Зомби-Танк изогнулся с нечеловеческой гибкостью, выворачивая корпус почти на 180 градусов. Его оскаленная морда оказалась прямо напротив моей, челюсти клацнули в сантиметре от носа, забрызгав лицо тягучей вонючей жижей. Когти вспороли куртку и прошлись по плечу, вырывая кусок мяса.
Я зарядил твари кулаком между глаз — никакого эффекта. Саданул локтем в шею — проклятый щит снова обнулил атаку. Всё, что мне оставалось — намертво вцепиться в его ремень и пытаться развернуть эту тушу так, чтобы при ударе она оказалась снизу.
Земля приближалась слишком быстро. На такое падение у нас было секунды три, не больше. Но время в момент опасности замедлилось — я успел подумать про Настю, оставшуюся наверху, и мысленно сказать «прости» Степану за невыполненное обещание.
В последний момент мне удалось навалиться всем весом и перевернуть монстра. Если кому-то и предстояло расплющиться об асфальт, пусть это будет зомбак, а не я.
А потом мы ударились об землю с такой силой, что мир взорвался адской болью.
«Здоровье: 11/120. Критическое состояние. Энергия: 4/120», — интерфейс мигал красным, сигнализируя о плачевности моего состояния.
Я понимал, что подыхаю. Любой нормальный человек уже отбросил бы копыта от таких повреждений. Только псионические способности ещё держали меня на этой стороне, и то из последних сил.
Сквозь пелену боли я разглядел то, что осталось от зомби-Танка подо мной. Он принял основной удар, и даже для такой твари семиэтажное падение оказалось фатальным. Грудная клетка превратилась в кашу из костей и мяса, таз раздробился, но странное дело — хотя половина черепа разлетелась кровавыми ошмётками, часть мозга уцелела благодаря энергетическому щиту, который не полностью погас даже после смерти.
И что самое жуткое — эта тварь продолжала шевелиться. Искорёженные конечности дёргались в конвульсиях, из разорванной груди сочилась чёрная жижа, а уцелевший глаз всё ещё тускло светился жёлтым.
«Он регенерирует…» — мысль ударила в мозг как молот.
Нужно было немедленно добить его, пока он не начал восстанавливаться. Проблема в том, что моё собственное тело превратилось в бесполезный мешок с переломанными костями. Сломанный позвоночник парализовал всё ниже шеи, оставив лишь возможность слабо шевелить пальцами и с огромным трудом поворачивать голову.
Шум нашего падения разнёсся по окрестностям, и со всех сторон уже доносилось утробное рычание. Мертвяки безошибочно определяли источник грохота и теперь стягивались к месту крушения. Я лежал на асфальте беспомощной сломанной куклой, пока вокруг медленно смыкалось кольцо голодных тварей.
«Сука… нет… только не так…»
Я не мог сдохнуть сейчас. Просто не имел права. Вита всё ещё ждала где-то так, в этом аду, и только я мог её спасти. А наверху осталась Настя — маленькая, перепуганная и совершенно беззащитная.
Где-то глубоко внутри, под слоями боли и отчаяния, вспыхнула злость. Не на судьбу, не на мертвяков, а на собственную слабость. После всего пережитого, после пяти лет ада в прошлой жизни, сдохнуть под трупом зомби на обычном асфальте? Нет уж, блядь. Не сегодня.
Пальцы задрожали, словно в лихорадке, отчаянно ища точку опоры. Я заставил себя сосредоточиться на единственном, что ещё мог контролировать — дыхании. Вдох-выдох. Вдох, наполняющий лёгкие острыми осколками боли. Выдох, означающий, что я всё ещё живой. Каждый цикл — маленькая победа над смертью.
Дрожащие пальцы наконец нащупали что-то — плоть мертвяка подо мной. Его тело, несмотря на чудовищные повреждения, всё ещё пульсировало остатками извращённой псионической энергии.
Искра надежды вспыхнула в мозгу. Это мой последний шанс.
Собрав остатки сил, я активировал Поглощение. Огонь темной силы растекся по моим рукам — не яркое пламя, как раньше, а жалкое багровое свечение умирающих углей. Интерфейс безжалостно моргал, напоминая о моем состоянии: всего четыре единицы энергии, смехотворная цифра для такой критической ситуации. Но выбора не было.
Пальцы впились в серую плоть Танка, как когти стервятника в падаль. Энергия зомбо-псионика начала плавно перетекать в меня. Но слишком медленно… не поток, а жалкие капли. Будто пытаешься высосать застывший кетчуп через тонкую трубочку посреди сибирской зимы.
Энергия Танка была густой и мутной — как стоячая болотная жижа вместо чистой родниковой воды. В ней чувствовался привкус гнили и разложения, но это не имело значения. Энергия есть энергия, какой бы она ни была. Я впитывал её жадно, с тем же удовольствием, с каким поглощал жизненные силы мародеров и обычных мертвяков.