Моё тело, минуту назад бывшее развалиной, теперь функционировало на пике возможностей. Все раны затянулись, кости срослись, внутренние органы восстановились. По подбородку стекала смесь крови и чёрной жижи, но я чувствовал себя сильнее, чем когда-либо.
Кукловод выбросил руку вперёд, пытаясь захватить контроль над моим разумом. Слишком поздно. Я видел его уже не как противника, а как источник энергии. Как пищу.
Я вытер рот тыльной стороной ладони, размазывая гниющую плоть по щеке.
— Ты следующий, тварь… — прорычал я, и голос мой звучал нечеловечески низко.
Кукловод попятился, но я преодолел разделяющее нас расстояние одним прыжком, схватил его за горло и с силой впечатал в стену. Бетон треснул от удара. Не давая твари опомниться, я вонзил пальцы в её грудную клетку, проламывая рёбра и добираясь до сердца.
Тёмная энергия хлынула по моей руке, высасывая жизненную силу прямо из источника. Глаза Кукловода расширились — в них промелькнуло что-то похожее на понимание своей участи.
Его тело начало стремительно меняться под моей хваткой — кожа покрылась сетью трещин, словно пересохшая глина, плоть усыхала на глазах, превращаясь в серый пергамент, а глаза медленно запали глубоко в черепе, пока не превратились в тёмные пустые провалы. Меньше чем за десять секунд от грозного зомби-псионика осталась лишь иссохшая мумия, которая рассыпалась серой пылью между моими пальцами, едва я ослабил хватку.
Интерфейс мигнул, сигнализируя о приобретении нового уровня. Седьмого. А значит, в ближайшие часы я должен получить врожденную способность. Нужно будет внимательнее следить за тем, как именно она проявится. Это всегда сюрприз для псионика…
Повернувшись к двери аудитории, я заметил испуганное лицо Виты в маленьком окошке. Она наблюдала за всей схваткой и теперь смотрела на меня так, словно видела впервые. В её глазах отражались ужас и непонимание.
Только сейчас я осознал, что всё ещё жую кусок плоти, вырванный из шеи зомби. Выплюнул почерневшие ошметки и вытер рот рукавом, размазывая кровь по лицу. Это не слишком помогло.
Я приблизился к двери, и она отшатнулась.
— Вита, все кончено, — сказал я, не узнавая собственный голос — низкий, с металлическими нотками. — Выходи. Нам нужно уходить.
Дверь медленно открылась. Вита выглянула, держась за ручку, словно за спасательный круг.
— Макар? — неуверенно спросила она. — Это все еще… ты?
Голова гудела, а перед глазами всё ещё плясали кровавые пятна. Энергия бурлила в венах, требуя выхода, и каждая клетка тела кричала о голоде, который нельзя было утолить.
— Я… — мой голос звучал как надтреснутый металл, язык с трудом ворочался во рту. — Да. Кажется, да.
Тело всё ещё трясло от нахлынувшего адреналина. Пальцы сжимались и разжимались сами по себе, ногти впивались в ладони до крови. В груди клокотало что-то чужеродное, а в голове шептал голос, требуя новой крови, новой энергии и новых жертв.
По глазам было видно, что Вита ни капли мне не поверила. Но все же она кивнула и помогла Виталику выйти из аудитории. Парень был в сознании, но еле держался на ногах.
— Что здесь… — пробормотал он, цепляясь за мою сестру и с ужасом осматривая устроенное мною побоище.
— Молчи, — отрезала она. — Нам нужно выбираться отсюда.
Я двинулся вперёд, с трудом передвигая ноги. И дело было не в боли… просто тело рвалось в бой, требуя выпустить наружу звериную ярость, а мне приходилось сдерживать его изо всех сил. По коридору ещё бродили одиночные мертвяки. Я сносил их одним ударом, даже не активируя Поглощение — боялся, что новые капли тёмной энергии окончательно сведут меня с ума.
«Чувствуешь, как бьётся его сердце?» — новый голос звучал глубже, бархатистее прежнего. — «Каждый удар пульса проталкивает свежую, живую кровь. Подумай, какой силой она наполнит тебя. Один быстрый удар и ты станешь непобедимым».
Я схватился за голову, сдавливая виски.
— Не лезь… в мои мысли… мудила… — процедил я.
— Макар? Что с тобой? — Вита остановилась, напряжённо вглядываясь в моё лицо.
— Ничего, — я выпрямился, стараясь выглядеть нормально. — Просто… последствия боя. Нужно выбираться отсюда. Немедленно.
Я заметил, как Виталик напрягся, когда наши взгляды встретились. Он смотрел на меня расширенными от ужаса глазами, но вместо того, чтобы отступить, встал между мной и Витой, инстинктивно заслоняя её своим телом. Даже в своём ослабленном состоянии он чувствовал опасность. Его первобытное чутье безошибочно определило: рядом хищник. И этот хищник очень голоден…