— Семён, успокойся, — попыталась его утихомирить Ксюша.
— Да не буду я успокаиваться! — он подошёл ближе, нависая надо мной. — Этот псих запугивает всех своими дебильными рассказами! А вы сидите и уши развесили!
Я поднялся, встречая его взгляд. Он был на полголовы выше меня, но это меня не смущало. После пяти лет выживания среди зомби и псиоников-убийц, обычный качок из спортзала вызывал только усмешку.
— Какие именно рассказы тебе кажутся дебильными? — спокойно спросил я. — То, что мертвецы рыскают по коридорам в поисках живого мяса? Ты же видел их своими глазами.
— Зомби — это одно, — Семён махнул рукой. — Но вся эта хрень про путешествия во времени и конец света — бред сумасшедшего! Наверняка какая-то дрянь из секретной лаборатории вырвалась наружу. Сейчас правительство введёт войска в город и быстро зачистит улицы. У них на подобные случаи разработаны целые протоколы.
Я вздохнул. Качок, конечно, был прав — протоколы на такие случаи действительно существовали. Только вот в первые дни апокалипсиса большинство военных похватали оружие и рванули к своим семьям. Они не видели смысла дохнуть за правительство или чужих людей, пока их близких жрали заживо.
А оставшиеся упёртые вояки засели в своих частях за городом. Думали, колючая проволока и пулемёты спасут их задницы. Нихрена. Первое же массовое нашествие превратило казармы в братские могилы, а КПП — в груды окровавленного металла. До сих пор, блядь, в холодном поту просыпаюсь от этих воспоминаний.
Представьте себе: все мертвяки города — и обычные, и отожравшиеся, и те, кто уже успел обрести псионические способности — движутся единой волной в одном направлении. Сметают всё, как цунами из гниющей плоти и костей. Целые поселения исчезали за считанные часы. Кровавое, блядь, месиво.
Снаружи снова что-то взорвалось — на этот раз ближе. От удара даже стёкла задребезжали. Через мгновение раздались крики — много голосов, они доносились со двора перед корпусом.
— Поверь мне, от армии лучше держаться подальше, — продолжил я, не обращая внимания на шум. — В первые дни солдаты будут нервными и будут валить всех без разбору. Особенно когда поймут, что люди скрывают укусы, чтобы добраться до безопасного места.
— Тогда объясни мне, умник, — Семён обернулся ко мне с вызовом, игнорируя нарастающий хаос снаружи, — если ты уже всё это проходил, то почему ты до сих пор здесь? Почему не эвакуировался из города заранее?
— Потому что я очнулся всего час назад и до конца не верил в происходящее, — честно ответил я. — А когда понял — было уже поздно. Всё началось раньше, чем в первый раз.
— Раньше? — переспросила Ника, машинально заправляя прядь волос за ухо.
— В прошлой жизни первый заражённый появился только через несколько часов. Сейчас же всего полдень, а город уже кишит мертвяками. Что-то изменилось. Не знаю что, но заражение сильно ускорилось.
Тишину нарушил треск рации у одного из студентов — Максим, худощавый парень с острыми чертами лица и всегда взлохмаченными волосами, достал из рюкзака небольшую портативную рацию и начал крутить ручку настройки. Этот тихоня с первого курса практически не общался с группой, предпочитая сидеть в углу с наушниками или возиться с какими-то техническими штуковинами.
— Откуда у тебя это? — удивилась Ника.
— Радиолюбительство, — пояснил Максим, не отрываясь от приёмника. — С детства увлекаюсь. Перехватываю частоты экстренных служб, авиации, иногда военных…
Внезапно из динамика прорвался чёткий голос:
— … код красный по всем районам… эвакуация жилых кварталов невозможна… потери среди личного состава критические… повторяю, потери критические…
Максим побледнел, продолжая настраивать частоты. Его руки заметно дрожали.
— Это МЧС, — прошептал он. — Они говорят о массовых нападениях по всему городу.
Я нахмурился, слушая сводки. Слишком быстро. В прошлый раз понадобились сутки, чтобы ситуация дошла до такого уровня. А сейчас всего за час город уже горел. Это означало только одно — заражение началось одновременно по всему Петербургу. Координированно. Кто-то явно управлял этим пиздецом.
Новый голос пробился сквозь статические помехи — более панический, срывающийся:
— … больница имени Боткина… пациенты ведут себя неадекватно… напали на медперсонал… не реагируют на слезоточивый газ… просим немедленного вмешательства… они как будто не чувствуют боли…
Третий голос, судя по всему, сотрудник полиции:
— … отряд в Московском районе несёт тяжёлые потери… нападающие игнорируют ранения… огонь малоэффективен… требуется подкрепление…