Декан выпустил стрелу, и она со свистом вошла в глазницу третьего мертвяка. Наконечник пробил заднюю стенку черепа, брызнув кровью и мозговым веществом на дверь аудитории. Четвёртый зомби оторвался от своего пиршества и попытался вцепиться мне в ногу жирными пальцами. Я отпрыгнул и мощным диагональным ударом отсёк ему голову. Она покатилась по полу, всё ещё щёлкая зубами, оставляя кровавый след. Обезглавленное тело ещё несколько секунд тянулось ко мне, фонтанируя кровью из шеи, пока не рухнуло в собственную лужу.
Из-за поворота коридора раздался отчаянный, полный ужаса крик:
— ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ!
Вторая девушка! Она вылетела из-за угла, спотыкаясь и скользя в луже крови. За ней гнались двое мертвяков — их руки тянулись к её развевающимся волосам.
Декан молниеносно вскинул лук. Первая стрела просвистела мимо — дрогнула рука, когда девушка неожиданно споткнулась. Стрела вонзилась в плечо ближайшему преследователю, но это его даже не замедлило. Мертвяк продолжал нестись вперёд, стрела нелепо торчала из тела, как сломанная ветка.
— Блядь! — выругался декан, натягивая тетиву снова.
Вторая стрела была точнее — вошла зомби в глаз, когда тот был уже в метре от девушки. Тварь кувыркнулась через голову и замерла. Но второй мертвяк уже почти настиг жертву.
Я рванулся навстречу, перехватывая зомби движением катаны поперёк горла. Голова слетела с плеч, тело по инерции пробежало ещё пару шагов и рухнуло.
Девушка буквально врезалась в меня, вцепилась дрожащими руками в куртку:
— Они… они убили Свету! Разорвали её прямо у меня на глазах! Мы прятались в туалете, а они… они нашли нас!
— Ты не ранена? — быстро осмотрел её.
— Нет, я… я успела выбежать, — она всхлипывала, тряслась всем телом. — Света задержала их, чтобы я могла убежать…
— Держись за нами, — коротко сказал я. — И не отставай.
Мы продолжили путь к аудитории. Девушка шла позади, всё ещё всхлипывая и вздрагивая от каждого звука. Она постоянно оглядывалась через плечо, словно ожидая, что мертвяки вот-вот выскочат из-за угла. Декан прикрывал тыл, держа стрелу наготове. Алина несла собранное оружие, стараясь не греметь металлом.
Но ещё до того, как мы дошли до двери 306, изнутри донеслись крики и звуки борьбы. Грохот падающей мебели, истерические вопли, мат.
— Убейте её! ОНА ЗАРАЖЕНА! — рычал знакомый голос Семёна, полный паники и ярости.
— Отвали от неё, придурок! — кричала Ника. — Ты совсем ебанулся⁈
— НЕ ПОДХОДИ, СУКА!
Звук удара, женский вскрик.
Я рванул дверь — заперто изнутри. Заколотил кулаком так, что кожа на костяшках лопнула:
— Откройте, блядь! Это Макар! НЕМЕДЛЕННО ОТКРОЙТЕ!
Новый грохот, звук разбивающегося стекла, чей-то истошный визг. Наконец щёлкнул замок, дверь распахнулась, и я увидел настоящий пиздец.
В центре аудитории развернулась жестокая потасовка. Семён и ещё двое здоровых парней — его дружки со спортфака — пытались пробиться к девушке, забившейся между партами в дальнем углу. Она прижимала к груди окровавленную руку и рыдала, умоляя не трогать её.
Ника вцепилась Семёна обеими руками, пытаясь оттащить назад. Её футболка была порвана, из разбитой губы текла кровь — видимо, уже получила. Лёха загораживал собой девушку, растопырив тощие руки. Его очки были разбиты, висели на одной дужке, нос кровоточил. Но упрямый ботаник не отступал, хотя против трёх качков у него не было ни единого шанса.
Вика стояла позади Семёна, визжа что-то про заразу и зомби. Её идеальная причёска растрепалась, в глазах плескалась истерика:
— Убейте её, пока не поздно! Она всех заразит! ВЫ ВСЕ УМРЁТЕ ИЗ-ЗА НЕЁ!
Остальные студенты сбились в противоположном углу, не решаясь вмешаться. Кто-то снимал происходящее на телефон дрожащими руками.
— Какого хрена тут происходит? — рявкнул я, врываясь внутрь.
Все головы повернулись ко мне. Семён, тяжело дыша, ткнул пальцем в забившуюся девушку:
— Эта сука пришла пять минут назад вся в крови! Притащилась, когда тебя не было! Посмотри на её руку — она укушена! Надо убить её, пока не превратилась! Иначе она всех тут пожрёт!
Девушка подняла на меня полные слёз глаза. Она не знала меня, но в её взгляде читалась отчаянная мольба — как у загнанного животного, которое ищет хоть какой-то выход:
— Умоляю, скажите им! Это просто порез! Я показывала рану, но они не слушают! Они хотят меня убить!