— Блядь, — выдохнул я, отступая на шаг, когда к горлу подкатил приступ тошноты. Даже после пяти лет апокалипсиса невозможно привыкнуть к такому зрелищу.
Тварь заметила нас и зашевелилась быстрее, издавая булькающие звуки обрубком гортани. Она разинула то, что осталось от рта, обнажая почерневшие зубы, и рванулась вперёд с неожиданной скоростью.
Я перехватил катану обеими руками и, вложив в удар весь вес тела, обрушил лезвие сбоку на шею твари. Сталь с противным хрустом перерубила позвоночник, почти полностью отделив голову от тела. Зомби беззвучно завалился на бок, а из перерезанных артерий хлынула тёмная, почти чёрная кровь.
В глубине здания антикварного магазина послышался звон разбитого стекла и утробное рычание. Судя по звуку, там было ещё как минимум трое-четверо мертвяков.
— Уходим, — быстро скомандовал я. — Здесь настоящее гнездо. Сейчас сбегутся на звук со всего района.
Алина не нуждалась в дополнительных уговорах. Мы спешно двинулись дальше, слыша, как за спиной с треском выламывается входная дверь магазина и на улицу выползают новые голодные твари, привлечённые громким звуком.
Ещё полчаса пробирались через разрушающийся город. Видели, как мародёры грабили ювелирный магазин, разбивая витрины прикладами автоматов. Минутой позже те же мародёры превратились в корм для стаи мертвяков, выскочивших из соседнего двора.
Когда мы добрались до набережной, я понял, что всё будет сложнее, чем предполагалось.
— Суки, — процедил я, глядя на поднятые пролёты мостов. — Они разделили город.
— Это… плохо? — Алина смотрела на разведенные мосты с недоумением.
— Это пиздец, — ответил я. — Они пытаются локализовать заражение, отрезая районы друг от друга. На той стороне сейчас точно такой же кровавый ад, но переправиться теперь можно только вплавь.
Я огляделся в поисках решения. Вдоль набережной тянулись причалы — преимущественно туристические, с прогулочными катерами и яхтами. Большинство уже исчезло, видимо, хозяева попытались сбежать по воде.
— Нам нужна лодка, — я потянул Алину в сторону небольшого причала, где виднелся потрёпанный белый катер с выцветшей надписью «Афродита».
По пути пришлось перелезть через низкую ограду и пробраться между опрокинутыми стойками с сувенирами и рекламными щитами. На асфальте валялись брошенные в панике путеводители, сломанные зонтики и даже чей-то фотоаппарат, разбитый в суматохе. Повсюду виднелись следы поспешного бегства — кровь, опрокинутые скамейки, разбросанные личные вещи.
У самого причала мы увидели пятна свежей крови на досках и следы борьбы — перевёрнутые стулья, брошенный рюкзак, разбитую бутылку. Судя по всему, тут совсем недавно кого-то настигли мертвяки.
— Осторожно, — я поднял руку, заметив движение на борту катера.
В рубке мелькнула сгорбленная фигура в тёмно-синей куртке с логотипом прогулочных туров. Характерные дёрганые движения не оставляли сомнений — бывший капитан или экскурсовод превратился в мертвяка. Он бессмысленно бился о стекло рубки, оставляя кровавые разводы на прозрачной поверхности, и таращился в пространство мёртвыми глазами.
Я убрал катану обратно в ножны и вместо неё достал кинжал с широким лезвием. В тесном пространстве катера длинное оружие будет только мешать.
— Похоже, кэп решил не покидать свой корабль даже после смерти, — кивнул я в сторону рубки и жестом показал Алине держаться позади. — Запоминай: в таких условиях лучше короткий клинок. Больше маневренности, меньше шансов зацепиться.
Алина молча кивнула, крепче сжимая свой нож. Во взгляде читалась напряжённая сосредоточенность — она явно училась на ходу, запоминая каждый мой совет и действие.
Приблизившись к трапу, старался не шуметь. Мостик слегка поскрипывал под ногами. Зомби внутри катера, похоже, нас не слышал и продолжал монотонно биться о стенку рубки, словно пытаясь выбраться наружу. Его лицо было практически неузнаваемо из-за размозженного лба и вырванного куска щеки, через которую виднелись пожелтевшие зубы и голые дёсны.
Я тихо приблизился сзади, занося кинжал для удара, но в этот момент доска под ногой предательски скрипнула. Зомби развернулся с неожиданной скоростью. Его мертвые глаза уставились прямо на меня, из разорванного рта вырвалось хриплое рычание.
Я едва успел отпрыгнуть, когда он бросился вперёд. В тесноте рубки не было места для маневра, и я встретил его атаку прямым ударом кинжала в глазницу. Лезвие вошло глубоко, достигая мозга, но тело мертвяка по инерции продолжало движение, врезаясь в меня.