— … и тогда Макар прорвался за оружием в кабинет декана, — она кивнула в мою сторону, заметив моё приближение. — А вот и он сам.
Я сел рядом с Гончим, который выглядел уже намного лучше после лечения, хотя всё ещё держался за виски, словно избавляясь от остатков головной боли.
— Как ты? — тихо спросил я Гончего, заметив, что он держится за перевязанную голову.
— Жить буду, — он слабо улыбнулся. — Но не откажусь от твоей помощи, когда восстановишь энергию.
Я кивнул. Как только восполню запас сил, обязательно займусь его раной. Пока что повязка держится хорошо, кровотечение остановлено, и непосредственной угрозы нет.
Повернувшись к группе выживших, я внимательно разглядывал их лица. Разные возрасты, разное социальное положение до апокалипсиса — теперь все уравнены общей бедой.
— Елена сказала, что вас всех привела сюда та желтоглазая, — я отпил горячий чай, — но как именно это происходило? Как она вас находила?
Молодая темноволосая девушка подалась вперёд.
— Я была в другой группе выживших, — начала она тихо, словно боясь, что её услышат призраки прошлого. — Мы с подругой, — она кивнула на блондинку, сидевшую рядом, — спрятались в одном из заводских помещений на Кондратьевском. Там собралось человек двадцать таких же испуганных людей. Первые дни всё было относительно нормально — крепкие стены защищали от мертвяков, у кого-то были запасы еды, кто-то принёс воду… Мы надеялись, что скоро приедут военные или МЧС, и спасут нас. Верили, что правительство справится с ситуацией.
Она сделала паузу, подбирая слова.
— Потом связь пропала окончательно. По радио передавали только помехи, телефоны не работали. Стало понятно, что помощи ждать неоткуда. И вот тогда… всё изменилось. Несколько уродов из нашей группы буквально озверели. Собрали оружие, какое нашлось, и объявили, что теперь они здесь командуют. Что ресурсы ограничены, и все должны подчиняться их правилам, если хотят получать еду и воду.
Девушка опустила голову.
— Один мужчина возразил им. Сказал, что мы должны держаться вместе, поровну делить всё, что есть. И Они избили его прямо на глазах у всех, а когда он уже не мог подняться, выволокли за ограду и бросили там на съедение мертвецам. А нам пришлось все это слушать…
— После этого они взялись за девушек, — продолжила её светловолосая подруга. Она говорила тихо, но твердо. — Разделили нас между собой, словно мы вещи какие-то. Говорили, что теперь мы их собственность и должны быть «благодарными за защиту».
— Нас заперли в подсобном помещении, — темноволосая снова взяла слово. — Молодой парень, Виктор, кажется, попытался заступиться. Сказал, что так нельзя, что они превращаются в животных, а они набросились на него впятером и тоже сильно избили.
Её взгляд помрачнел от воспоминаний.
— И вот тогда появилась она.
Все присутствующие невольно повернулись к дальнему углу, где желтоглазая продолжала раскачиваться, погружённая в свой странный транс.
— Она вошла так тихо, что никто сначала не заметил. А потом… — девушка помедлила. — Она просто разорвала их. Всех пятерых. Буквально голыми руками. Они даже понять ничего не успели.
— Включая Виктора… — тихо добавила светловолосая, и в её голосе прозвучала горечь. — Он пытался нас защитить, но она не стала разбираться. Возникло ощущение, что она целенаправленно убивала всех мужчин, показавшихся ей угрозой.
— А потом молча вывела нас оттуда и привела сюда, — закончила темноволосая. — С тех пор мы здесь. Безопасно, но…
Она не договорила, но все поняли невысказанное. Безопасность под защитой непредсказуемого и смертельно опасного существа была очень хрупкой.
В наступившей тишине Алина вдруг резко выпрямилась, не отрывая взгляда от желтоглазой блондинки в углу.
— Не может быть, — прошептала она, широко раскрыв глаза. — Это же… это же Диана Соболева!
— Я же говорила! — возбужденно шепнула Вика, сидевшая рядом с Еленой. — Я с первого взгляда её узнала, но никто мне не верил!
— Да ладно, какая еще Соболева, — фыркнул парень с противоположной стороны. — Ты бы еще сказала, что это Мадонна.
Я присмотрелся внимательнее, пытаясь разглядеть за «грязной» внешностью и неестественно светящимися глазами хоть что-то знакомое.
— Кто? — переспросил я.
— Диана Соболева, — повторила Алина с нотками удивления в голосе, будто не веря, что кто-то может не знать эту фамилию. — Одна из самых популярных певиц последних лет. Её клипы набирали миллионы просмотров, она рекламировала всё, от духов до автомобилей. Её лицо было буквально на каждом втором билборде в городе.