Тора посмотрела мне в глаза.
Поняла.
Не спорила.
Я вырвала рукав из пальцев Кнута и бросилась к раненому с шеей.
— Дави! — крикнула я его брату. — Я сказала дави, а не гладь!
— Он захлёбывается!
— Повернуть голову. Не отпускать.
Кровь была повсюду. Снег падал на палубу, таял в красных разводах. Люди скользили. Кто-то молился. Кто-то ругался. Свейн стоял у борта и коротко командовал, кого первым снять с корабля.
— Море не любит гордых, — сказал он мужчине, который пытался встать с пробитым плечом. — Лежи, пока лекарка не укусила.
— Я не кусаю, — бросила я.
— Зря. Иногда помогает.
Я почти не слышала себя.
Раненых выносили в большой дом.
Я шла между ними, как по коридору из криков.
— Этот первый. Шея. На лавку. Давить, пока не скажу.
— Этот к очагу, но не в дым. Ногу не трогать, пока я не посмотрю.
— Этот может ждать. Да, может, потому что орёт громко.
— Кто молчит? Почему молчит? Проверь дыхание!
— Воды! Чистой! Нет, не этой, господи, я же сказала кипячёной!
Гудрун не спрашивала дважды. Это спасало.
Она командовала домом, как поле боя. Женщины рвали ткань. Аста носила воду. Сигрун держала плечи воину, который пытался ударить меня, когда я промывала рану. Бьёрн прижимал кровоточащую шею так крепко, что у мужчины синели губы, и отпускал только по моему слову.
Эйрик стоял не в стороне.
Это я заметила краем сознания.
Он таскал раненых. Держал того, кто бился от боли. Отдал свой пояс на жгут. Один раз я сунула ему окровавленную ткань и сказала:
— Давить сюда.
Он не спросил зачем.
Просто давил.
Асгейр тоже помогал. Громко, заметно, красиво. Успокаивал мужчин, поднимал тех, кого видели все, бросал быстрые слова у очага. Люди слышали его. Благодарили. Смотрели.
Я это отметила где-то далеко.
Потом забыла.
Потому что мужчина с шеей начал захлёбываться.
— На бок!
— Он умрёт? — крикнул его брат.
— Если будешь орать мне в ухо — возможно оба!
Я прочистила рот, прижала ткань, нашла место, где кровь шла сильнее. Давление. Повязка. Ещё ткань. Не идеально. Далеко не идеально. Но кровь замедлилась.
— Держать, — сказала Бьёрну. — Не снимать. Если промокнет — сверху ещё. Не убирать старое.
Он кивнул.
Следующий.
Нога.
Перелом закрытый? Нет. Кость белела в рваной ране. Мужчина выл, пока Сигрун держала его плечи, а Бьёрн — бедро. Я промыла, остановила кровь, приказала сделать шину из досок.
— Я потеряю ногу? — спросил он.
— Если будешь дёргаться — я потеряю терпение.
— Это хуже?
— Спроси у Сигурда.
Где-то за спиной Сигурд, который всё-таки приплёлся помогать, сказал:
— Хуже.
Кто-то хрипло рассмеялся.
Смех оборвался на новом крике.
Следующий.
Плечо. Стрела или копьё? Обломок уже вынули — плохо. Кровь умеренная. Повезло. Промыть, мёд, повязка.
Следующий.
Голова. Рассечение, кровь страшная, но поверхностная. Оставить после давления.
Следующий.
Мальчишка лет семнадцати. Губы серые. Дыхание короткое. Рана в боку. Не так глубоко, как у Кнута, но опасно. Можно попробовать.
— Его сюда.
— А Кнут? — крикнул кто-то.
Я не повернулась.
Не могла.
— Тора с ним.
— Ты обещала вернуться!
Голос был не Кнута.
Другого.
Я обернулась.
У двери стоял высокий молодой воин, весь в крови, но, кажется, не своей. Лицо перекошено. Глаза бешеные.
— Он мой брат!
— Я знаю.
— Тогда иди к нему!
Я посмотрела на мальчишку перед собой. На его грудь, которая поднималась всё слабее.
Потом на угол, где Тора сидела рядом с Кнутом. Она держала его за руку. Губы её двигались. Не знаю, молитва это была или просто слова, чтобы он не уходил в тишину.
Кнут уже не смотрел на меня.
Я всё поняла.
И всё равно сказала:
— Я не могу.
Брат Кнута шагнул ко мне.
— Ведьма.
Эйрик оказался между нами раньше, чем я успела отступить.
— Назад, Хрольв.
— Она бросила его!
— Назад.
— Он звал её!
У меня внутри что-то порвалось.
Но руки продолжали работать.
Прижать. Проверить дыхание. Поднять плечо. Не дать захлебнуться. Ткань. Вода. Давление.
Я слышала, как Хрольв кричит за спиной. Как Эйрик говорит ему что-то низко. Как Гудрун велит увести детей. Как Кетиль где-то тихо произносит имя Кнута, будто уже вплетает его в память.
А я спасала другого.
Потому что могла.
Потому что Кнута — нет.
Время исчезло.
Осталась работа.