Но он подарил этому ребенку и жизнь, и за долгие годы Лейси много-много раз вглядывалась в лицо дочери и видела по-женски отраженные черты отца.
Лейси постаралась успокоиться, подумать разумно и логично. Сердце ее все еще колотилось слишком быстро, она чувствовала себя взвинченной и больной; потрясение от новости выбросило ей в кровь такую порцию адреналина, что ее нервная система оказалась на грани срыва.
Что было бы, если бы Льюис не увидел их и не догадался, что Джессика – его дочь? Что было бы, если бы Джессика так и осталась в неведении?
Ее передернуло. Нужно быть благодарной, что вмешалась судьба, а не прятаться за трусливой надеждой, что все могло остаться по-прежнему.
Ей необходимо позвонить Тони и попросить еще пару выходных. Она уже так давно не отдыхала, да и работы у них сейчас не очень много. Затем ей нужно будет заказать себе гостиницу в Оксфорде. Но звонить Джессике и предупреждать о своем приезде она не станет. Это лишь вызвало бы ненужное беспокойство.
Мозг ее лихорадочно работал, обдумывая мельчайшие практические детали, а сердце все не унималось.
Интересно, уехал ли уже Льюис. Так было бы лучше всего. Лейси казалось, что она не в силах будет вынести встречу с ним. И не только из-за того, что узнала от него.
Она ненавидела себя за свою слабость, которую не смогла спрятать при виде предательского блеска в его глазах. Она винила его за эту слабость… винила его за власть над ее чувствами… винила его за способность вызывать в ней жалость, желание… какое желание? Защитить его, избавить от боли?
Что за нелепая мысль – она хочет избавить его от боли! В безмолвном отчаянии она закрыла глаза. Что же с ней происходит? Почему она не в состоянии испытывать тех чувств, которые испытывала бы на ее месте любая нормальная, разумная женщина? Почему она не может чувствовать к нему ненависть, отвращение? Если не из-за собственных обид, так уж хотя бы из-за Джессики.
Только когда все необходимые приготовления были сделаны, когда не осталось уже ни единой причины откладывать отъезд в Оксфорд, – только тогда она наконец призналась себе, что намеренно оттягивает страшную минуту. Ту минуту, когда ей придется взглянуть в глаза Джессике и рассказать ей все.
Хуже того: когда Лейси усилием воли заставила-таки себя забраться в машину и повернуть ключ зажигания, в душе ее, глубоко спрятанная, шевельнулась ужасная мысль. Мысль о том, что она сейчас отдала бы все на свете, лишь бы во время предстоящей беседы рядом с ней был близкий человек… человек, который мог бы поддержать не только ее, но прежде всего Джессику. Нет, не просто близкий человек, с болью подумала она, поворачивая на шоссе; на свете есть один-единственный человек, которого ей хотелось бы сейчас видеть рядом; один-единственный человек, который смог бы облегчить этот разговор и для нее, и для Джессики, – Льюис. Она хотела только Льюиса. Своего любимого. Отца Джессики…
Он предлагал ей поговорить с Джессикой вместе, а она отказалась. Гордость не позволила ей признать, что его помощь и поддержка могут понадобиться.
Гордость? Или же страх показать ему, что он ей по-прежнему нужен, что она готова повторить ошибки прошлого и… и что? Влюбиться в него снова.
Лейси презрительно скривилась. Да разве она когда-нибудь переставала его любить? Она начала сомневаться в этом.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Лейси добралась до места после полудня и сразу же направилась в гостиницу.
К ее удивлению, дежурная запомнила ее по прошлым приездам и радушно встретила.
Это была небольшая гостиница так называемого семейного типа, под которую отдали бывший частный дом. Уродство викторианского здания немного скрашивали вьющиеся по стенам побеги.
Окна в комнате Лейси выходили в сад, где азалии и рододендроны только-только начинали терять первозданную свежесть.
Лейси чувствовала себя измотанной и вялой. Пустив в ванной холодную воду, она подставила под струю запястья, надеясь ледяным ударом вернуть нервную систему в норму, но добилась лишь озноба.
Лейси представления не имела, где можно найти Джессику. Может быть, у нее лекции. А может, она занимается у себя, в том домике, который делила еще с двумя девушками и двумя юношами.
Она закусила губу и поморщилась, осознав, что, должно быть, делает это не в первый раз, поскольку кожу на губах сильно саднило.
Наверное, нужно поехать к Джессике…
Студенческий домик с террасой был совсем крошечным. В свое время Джессика объявила матери, что они впятером предпочитают купить дом, а не снимать его. И важно добавила, что затраченные средства окупятся с лихвой по окончании учебы, когда они продадут дом или же сдадут другим студентам.