– Хорошо. Если вам угодно, извинения приняты, – мужчина не обернулся, но я заметила легкий кивок. Затем Харан опустил ладонь в воду, пошевелив пальцами.
Какое-то мгновение он так и сидел, не двигаясь, а словно к чему-то прислушиваясь.
– Хорошее озеро, безопасное.
Мужчина быстро, с фырканьем умыл лицо, прежде чем подняться.
– Только пока не ходите, я принесу лампу. Мало ли что в темноте может случиться.
– Я не стану купаться при вас, – буркнула, недовольно сложив руки на груди.
Только теперь Харан повернулся. В темноте на дне его глаз вновь что-то сверкало. А может, это просто отсвет костра, что горел в десятке шагов на поляне за негустыми деревьями?
– Я обещаю не подглядывать и сидеть к вам спиной, донья. Но одной купаться в темноте в озере не позволю. Даже то, что в нем не водится никакой гадости, желающей вас слопать, не означает, что ничего не может произойти.
Я недовольно сжала губы, но ничего не ответила. Странное желание постоянно, по любому поводу, спорить с этим мужчиной меня удивляло и саму, но справиться с ним никак не выходило.
– Ждите на берегу, – с улыбкой велел Харан, направляясь в сторону костра.
– Так я даже полотенце не взяла! И чистую сорочку! – вспомнив о самом главном, бросилась вслед за ним, расплетая тугие косы. От мысли, что удастся искупаться в чистом, освежающем озере кожа мигом покрылась мурашками.
**
Прижимая к груди мягкое, пушистое полотенце, почти не утратившее запаха мыла, я танцующей походкой возвращалась к озеру за Хараном. Мужчина, как какой-то мистический проводник в иной мир, высоко держал над головой фонарь, высвечивая коряги и ветки под ногами в наступившей темноте.
– Я попрошу вас не ходить на глубину, – произнес он таким тоном, словно мы в городской ресторации, и мне не рекомендуют блюдо из каракатиц.
– Конечно, – тут же согласилась я. Сейчас была готова пообещать ему все что угодно, только бы искупаться.
– Тогда я буду здесь, – мужчина качнул лампой в сторону поваленного бревна в десяти шагах от озера. – Достаточно далеко, чтобы вы не чувствовали себя неловко, но довольно близко, чтобы вас спасти, если что-то пойдет не так.
– Вы же проверили, что там все безопасно? Что мне может еще угрожать. Кстати, как вы это делаете? А переставьте лампу на свою сторону бревна, пожалуйста.
Я тараторила с такой скоростью, что Эн непременно поджала бы губы от неудовольствия, но внутреннее возбуждение, бурление в крови, были сильнее правил этикета.
– Как прикажете, прекрасная донья, – тихо, с нечитаемыми эмоциями в голосе произнес Харан и переставил фонарь на свою сторону, наполняя берег озера тенями.
Удовлетворенно вздохнув, я еще раз глянула в сторону костра, но тот был плохо виден из-за зарослей. Потянув завязки на верхней юбке, я повела бедрами, дожидаясь, когда тяжелая ткань соскользнет на землю.
– Так вы мне ответите, как вы узнали, что озеро безопасно? – мне не нравилось, что мужчина сидит молча. Это ощущалось куда более странно, чем если бы он просто пялился на мое разоблачение. По крайней мере, я так полагала.
– В основном, опыт, – словно бы нехотя, отозвался Огонек. – Я еще в детстве понял, что могу ощущать чужое присутствие по исходящему от него теплу. Плохо работало только со змеями и скорпионами. Очень уж они сильно перенимают температуру воздуха. А все существа, что теплые сами по себе, их можно почувствовать.
Я уже стояла в одной нижней рубашке до середины бедра, раздумывая, снимать ли ее, но так и не взялась за подол, слушая рассказа Огонька.
– А вдруг там, на дне, какая-нибудь водяная змея? Она же холодная, – перебирая босыми ногами по каменистой земле, тихо спросила, кинув подозрительный взгляд на черную гладь озера.
– Лора, это в детстве я не мог «увидеть» змею. Теперь я могу вам сказать, сколько рыбы прячется под корягами этого пруда. Купайтесь, давайте. Вам не одной хочется смыть с себя дорожную пыль.
– Бу-бу-бу, – тихо бурча под нос, я шагнула к воде и едва не застонала от удовольствия. Теплая, она лизнула уставшие ноги, словно лаская.
Зайдя по бедра, я резко присела, довольно охая, когда вода прошлась по телу вверх. Только рубашку успела с хихиканьем поймать в последний миг. Воздух в ней взвился пузырем, подкидывая ткань.
– Вы так довольно фыркаете, что я едва сдерживаюсь, чтобы не присоединиться, – долетел с берега веселый голос Харана, заставив меня замереть на месте.
– Ну, уж нет. Озеро пока мое. Так что потерпите как-нибудь, – светским тоном велела я, все еще сражаясь с сорочкой.
– Как прикажете, донья.
– Вот вы вроде бы вежливые слова говорите, а мне от них хочется вам по лбу стукнуть.