Выехав за ворота города, мы повернули резко на север, мимо каменных стен. Здесь дорога была уже и не такой наезженной, как главная, но повозка шла ровно, не застревая ни в колдобинах, ни в ямах, чему я была несказанно рада. Вот только храм, который открылся перед нами за первым же поворотом, вовсе не походил на привычные мне часовни и соборы. Вместо массивного высокого здания со шпилями и цветными витражами перед нами стояло серое каменное здание без дверей и с парой проемов вместо окон.
Оставив Рубера приглядывать за нашим небольшим караваном, мы зашли в часовню, чудом поместившись внутри темного помещения втроем. Пустые стены, полнейшая тишина и только небольшой каменный алтарь по центру. И жрец. Почти ребенок в какой-то многослойной хламиде. Он стоял у алтаря, поливая камень водой из ковша. Вот только вода не достигала пола, испаряясь или впитываясь в темную, гладкую глыбу.
– Что вам, дети мои? – тихим, шуршащим голосом спросил этот юноша, не поворачивая головы в нашу сторону и не прекращая своего занятия.
– Мы пришли просить милости духов в грядущем путешествии, – за всех отозвался Харан.
– И как далеко ведет вас ваше путешествие?
– На самый край мира, жрец. В храм Жагрина.
– Поговаривают, что живым нет туда хода, – флегматично отозвался юноша, чья рука даже не дрогнула.
– А я слышал, что многое зависит от того, кто именно туда идет. И с какой целью.
– Ну, если вам нет другой дороги… – жрец отложил свой ковш и окинул нас внимательным взглядом, задержавшись на мне. – Попробуем упросить духов, чтобы позволили вам хотя бы вернуться, когда путь вперед станет невозможен. Положите ладони на алтарь и не убирайте.
– С нами еще один человек. Он остался снаружи, – предупредил Харан, словно милость местных богов и духов не достала бы до Рубера через стены этого строения.
– Так позови его. Иначе горы могут посчитать, что он тебе не нужен.
Я видела, как губы Харана сжались в тонкую линию. Кажется, он сам такого не ожидал.
Камень оказался гладким, словно стекло, и от него шло тепло, приятное и неожиданное в этом месте.
– Не отнимайте ладоней, – тихо велел жрец, становясь с другой стороны алтаря и вновь поднимая ковш. Я даже не заметила, где и когда он успел набрать в него воду, но когда ледяная жидкость полилась на руки, едва не вскрикнула. Контраст оказался столь сильным, что было почти невозможно терпеть. Может, я бы и не выдержала, если бы стоящий рядом Харан не обнял меня, словно делясь собственной силой.
– Потерпите немного, донья, – тихо пробормотал мужчина мне на ухо.
А вода все лилась тонкой обжигающе-холодной струйкой, от которой вверх поднималось заметное облако пара. Вот только дымка не развеивалась, а, наоборот, собиралась в одно густеющее пятно, зависающее над нашими головами. Я слышала тихое бормотание жреца, словно он кого-то звал, но голос доносился, словно через пелену, глухо, нечетко. А затем из облака пара вдруг вынырнула призрачная морда. Грозно зарычав, оскалив длинные, загнутые вверх клыки, это человекоподобное нечто словно обрушило на наши плечи всю тяжесть крыши часовни.
Не удержавшись на ногах от резкого тычка сверху в грудь, я повалилась на пол, только благодаря чуду и руке Харана, не треснувшись головой о твердые камни. Огонек лежал рядом, недовольно шипя сквозь зубы. А вот Терну и Рубером повезло меньше: обоих впечатало в стены, так что второй сполз по камню, тихо постанывая. Наш великан на ногах удержался, но недовольно потряхивал головой, словно его изрядно оглушило ударом.
Я медленно села, пытаясь осмыслить произошедшее, и прийти в себя, но едва смогла вдохнуть, когда подняла голову вверх: над алтарем все еще висела призрачная синевато-белая голова. Только теперь ее обладатель не скалился, не рычал. Нас задумчиво рассматривали, словно пытались выгадать пользу от неведомого предмета, но видно так и не решив, как применить что-то подобное, дух глянул в сторону жреца, которого волна силы не задела.
– Ладно. Присмотрю, сколько смогу. Но с тебя пирог. С грушей, – совершенно не потусторонним голосом возвестил дух и неожиданно появившейся из тумана когтистой рукой почесал длинное, островерхое ухо.
– Два принесу, – смиренно склонил голову юноша.
В ответ ему достался кивок, и облако с тихим хлопком исчезло.
– Что это было? – поднимаясь на ноги, зло и как-то нетерпеливо потребовал ответа Огонек.