– Может, и так, только тогда где остальное? Все, что полагается иметь храму?
– Если водопады падают, значит, там внизу еще что-то может быть. Осталось только найти путь.
– Не надо его искать, – я отвернулась к лестнице и увидела, как дальше внизу ходит тоннель, высеченный прямо в скале. Почти такой же по виду, как тот, что вел в саму долину.
– Не стоит туда идти неподготовленными, – покачал головой Рубер. – Не нравится мне это место и очень хочется иметь при себе веревку и запас воды.
– Тебе этой мало? – с удивлением переспросила, не понимая, что именно не устраивает мужчину.
– Я не уверен, что ее можно пить. Лучше уж брать кипяченую из кофейника, чем подхватить какую заразу. Напомню, что за перевалом зима, а здесь разгар лета. Мало ли что тут обитает в воде.
– Ты веришь в микроскопических духов, которые могут съесть человека изнутри, если пить неправильную воду? – я усмехнулась, с удивлением глянув на Рубера.
– Нет, я верю, что у офицеров не бывает дизентерии только потому, что они пьют разбавленное вино или кипяченую воду. А вот простые солдаты, которые лакают из ручьев и озер – те, то и дело страдают от болезни кишок. И никакие духи тут ни при чем. Как жительница жаркой Сигеры, ты наверняка знаешь, что не всякая вода пригодна для питья.
– Мы пьем воду из колодца во дворе, – пришлось признаться, что я слишком опрометчиво принялась упрекать Рубера в излишней осторожности.
– Вот тебе и ответ. Что делать будем? – мужчина посмотрел на Харана, дожидаясь приказа.
– Я с тобой согласен, не стоит идти неподготовленными. Никто из нас не знает, что ждет там, внизу. Пока давайте выбираться, а утром, как солнце встанет, тогда уже станем исследовать глубины.
Генерал замерзшего войска развернулся к лестнице, ведущей наверх. Харан уже все решил и даже не сомневался, что все исполнят его волю. Но я все еще смотрела на водопады, что падали с тихим гулом. И чувствовала, что мы не напрасно явились в такую даль. Только за это все же придется заплатить. И как бы цена не оказалась выше, чем мы готовы дать.
**
Ночевали мы пусть и в теплой долине, но я все равно плохо спала, все время ворочаясь с боку на бок. Ощущение чужого присутствия и того, что нам здесь не рады, никак не давало расслабиться. А еще предчувствие. Но, может, я все же ошиблась, и мы обойдемся без внушительных потерь?
– Лора? Что ты все вертишься? – Харан, который стоял на часах после полуночи, присел рядом, коснувшись лба ладонью, словно ожидал, что у меня жар.
– Никак не уснуть.
– Почему же? Я не чувствую и не вижу никаких чудовищ, да и вряд ли они будут рядом с храмом обитать. Спи спокойно. Через час меня сменит Терн, и ты сможешь укрыться в моих объятиях. А пока постарайся уснуть так.
Я согласно вздохнула, но так и не сумела провалиться в сон. Мне все время чудились какие-то шаги и посторонние звуки в темноте. Словно кто-то следил за нами из-за кустов, выжидая подходящий момент. Даже когда Харан пристроился рядом, притягивая меня к себе вместе с одеялом, я не сумела полностью расслабиться.
Утро пришло долгожданным рассветом, и с первыми лучами, окрасившими листву на верхушках деревьев золотом, я резко села. Терн удивленно оглянулся с края поляны.
– Ты чего так рано подскочила?
– Кофе хочу, – мрачно отозвалась, сбрасывая одеяло на Харана и оправляя задравшуюся юбку. Мужчина недовольно заворчал и открыл один глаз, вопросительно-сонно поглядывая из-под ресниц.– Спи еще. Все в порядке.
– Тогда я печной камень поставлю. Вон там удобные кустики, – махнул рукой Терн, направляясь к сумкам. – А чуть в стороне есть ручей. Только осторожно, склон скользкий.
– Угу, – болела голова, но ощущение чужих глаз, давящих на спину, наконец, отступило.
Я думала, что мужчины, пользуясь ранним часом, еще будут спать, но когда я вернулась, умывшись в холодном горном ручье, Харан уже, скинув куртку, разминался, а Рубер сидел на своем спальном месте, недовольно щурясь на стремительно светлеющее небо.
– Могли же еще отдохнуть, – буркнула я, присаживаясь на бревно рядом с печным камнем.
– Нам воспитание не позволяет спать, когда ты уже поднялась, – широко зевнул Рубер, взъерошив волосы. Пытаясь прогнать остатки сна, мужчина тряхнул головой, словно большой пес, и потер ладонями лицо.
– Ничего, потом отоспимся. Сегодня дел невпроворот, – в тон приятелю отозвался Харан, размахивая руками. – Что-то я почти заржавел. Нужно будет потренироваться перед сном, парни.