– Может, нам туда не нужно? – хрипло спросила и тут же поняла, что нет, нужно. Именно туда. В ту сторону, где в неразличимой темноте едва заметно для глаз бился серебряный огонек. Он слабо пульсировал, то совсем исчезая, то появляясь вновь, но таким слабым светом, что я и сама не верила в его реальность.
– Не думаю…
– Вон там, – перебила Харана, подняв руку. Оторвать взгляд от огонька больше не получалось, словно он меня поймал в свои сети. Тело само по себе принялось медленно покачиваться, как мне казалось, в такт этому свечению, в ритм невидимого сердца.
– Что там?
– Там гробницы. Там мои лилии.
Состояние очень походило на транс, но я не боялась. Я чувствовала, как на шее теплеет камешек, как внутри разливается что-то густое, правильное. Мне здесь ничего не угрожало. Пока что.
– Откуда ты…
– Не ходите за мной, – я не знала, почему и что именно происходит, только перед глазами всплыло лицо сестры, а в голове прозвучали слова алхимика «чистое намерение».
– Лора, ты куда собралась?
Я не обращала внимания на слова Харана, отмахивалась от его рук, которые пытались не дать мне распустить веревку на поясе. Я почему-то знала, что нужно торопиться.
– Ты слишком громко говоришь. Они придут на твой голос, – тихо, отстраненно, не видя ничего вокруг, предупредила я. И, пользуясь заминкой шокированных происходящим мужчин, спустилась на две ступеньки, почти касаясь ногами воды.
– Кто?
– Стражи. Мерзкие креветки ростом с тебя. Быстрые, как змеи, и опасные, как шторм. Молчи, иначе мы все умрем.
– Лора, откуда ты знаешь?
– Не для того ли ты меня привел, чтобы знать? Чистое намерение…
Я принялась стаскивать одежду, каким-то внутренним чутьем понимая, что иначе нельзя. Куртка, рубашка, тяжелая юбка, обувь и чулки, все полетело назад, в сторону той небольшой площадки, на которой стояли мужчины. И все это, не отрывая глаз от огонька по ту сторону залитого водой зала.
– Лора…
– Молчи, Жар. Не видишь, что она не совсем с нами? Девушка права, ты ее потому и взял, потому и берег от самого себя, что все это имеет значение.
– Но откуда она может знать?..
– Может, дочери Жагрина решили поделиться с ней знаниями. А может, мы еще чего не знаем об этих местах, – голос Терна доносился, словно через пелену, становясь все глуше. Но мне было все равно. Я знала, что стоит поторопиться. Не тревожимые долгое время стражи рано или поздно услышат нас и придут. Тогда никто из нас не сумеет вернуться.
Избавившись от одежды, не чувствуя ни чужих взглядов, ни прохлады, я медленно ступила на следующую ступень. И еще одну. Тяжелая коса щекотала спину, а камень на шее едва ли не жег кожу, но все было верно, все было как надо.
Вода на миг отрезвила, отгоняя странное состояние транса, но продлилось это недолго. Свет по ту сторону все еще держал, словно на привязи. Я снова погрузилась в пелену небытия, не слыша ни встревоженных голосов за спиной, не чувствуя и того, как вода сомкнулась над головой, отсекая все вокруг. Я видела только серебристый огонек впереди…
**
Выползая на каменный пьедестал, я громко и надрывно кашляла. Как можно было не задохнуться, пройдя такой кусок пути под водой – не знаю, но в груди все болело. Едва не выплевывая внутренности, я упала на прохладный камень, пытаясь выровнять сердцебиение. Из прогулки по залитым водой залам, я не помнила ничего, кроме тихого гула в ушах и пульсирующего свечения впереди. Голубой свет вел меня лучше любой путеводной звезды. До того момента, как сумела добраться сюда.
Теперь свечения почти не было. Либо все дело было в том, что здесь было значительно светлее и без всяких ламп. Как такое возможно и почему этого не видно от прохода, от лестниц – было невозможно понять, но я видела все, как во время ранних сумерек.
Медленно поднявшись, обратила внимание на пару плоскодонных небольших лодок, которые чья-то рука вытянула сюда. В одной из них валялась какая-то светлая тряпка. Чувствуя, как начинает дрожать мокрое тело, и прося небеса только о том, чтобы Харан с приятелями не вздумали лезть в воду, я подняла находку.
Наряд жреца. Чуть изодранный и слегка отсыревший. Скривившись, я не решилась натягивать тряпку на себя, но обратно не бросила. Если вспомнить, что я голая и босая, без единого предмета, то неожиданная находка может пригодиться.
Лихие шлепки моих шагов гулким эхом расходились в разные стороны, но чем дальше, тем суше становилось вокруг. Я не заметила, чтобы дорога шла вверх, но камень из скользкого превратился в шершавый, а потом приблизившиеся стены неожиданно сомкнулись, превратившись в высокий, обрамленный квадратными колоннами, проход. Именно оттуда и шел слабый голубой свет. Но теперь я не понимала, как могла видеть огонек из-за поворота. 1ad3a11