– Я ничего не должна тебе, Харан! Я вынесла чашу, как обещала. И я спасла твоих людей. И только благодаря мне теперь тегин сможет обсудить с нашей королевой спасение твоей армии, что ты по глупости и гордости повел прямо в ловушку…
Последние слова были явно лишними. Лицо Харана вмиг ожесточилось, и я понял, что все, что будет сказано дальше, совершенно бессмысленно. Меня не захотят услышать. Не теперь.
Решительно развернувшись, не желая принимать чужих обвинений, я пошла в сторону кресла, что пряталось в углу небольшого зала. Сил у меня хватило только на то, чтобы дошагать до этого сомнительного убежища и ноги подогнулись. Из глаз брызнули слезы обиды. Я так долго, так давно отнекивалась от этого родства, почти похоронила его в прошлом и достала из закромов, только чтобы спасти Харана и его людей, а теперь… Теперь я предатель для него.
С трудом сдерживая рыдания, не желая доставлять ему еще и этого удовольствия, я почти не слышала того, что тихо говорили мужчине Рубер с Терном. Все это больше было неважно.
Дверь тихо отворилась, и в сопровождении пары стражей появились тегин и Эзра. Мой воплощенный ночной кошмар.
**
Я почти не слушала разговор, который уже куда сдержаннее вели мужчины. Кажется, первые эмоции сошли на нет, и теперь мужчины пытались получить как можно больше выгоды от всей этой ситуации. Что тегин, что Эзра теперь обсуждали с Хараном возможности для улучшения взаимоотношений между двух стран, и, кажется, все были довольны перспективами.
– Если удастся вернуть твою Тьму, тогда мы значительно ослабим напряжение на границе, – тегин махнул рукой страже, чтобы та покинула комнату. – Уж не злись, генерал, сперва дела, а уже потом вы с друзьями сможете помыться и переодеться. Если так пошло, то куда важнее все обсудить.
– Я понимаю, тегин, – Харан кланялся, и я видела из своего угла, что лицо его теперь не такое напряженное. На правителя эйолов он смотрел куда с меньшей неприязнью, чем на меня всего несколько минут назад.
– Но чашу мы вам с собой не дадим. Да и вовсе предпочли бы сопровождать вас к низине Авантис с соответствующим эскортом. Чтобы сразу разобраться со всем на месте. Может, наши мудрецы смогут решить вопрос, если твое предположение окажется неверным, – Эзра говорил спокойно, словно это не он выгнал из долины собственного сына, что посмел вступить в неравный брак. И пусть я знала, что деду было все равно, а против мамы выступала бабушка, я не могла его простить. Ведь он сдерживал свою жену все время, не позволяя ей открыто выступить против моих родителей. До того дня, как она умерла. Именно тогда в нем что-то надломилось, и нас с проклятиями выдворили из долины.
– Зачем вы вообще использовали эти шары, заполненные туманом?
Вопрос вырвался, прежде чем я успела сообразить, о чем и кого спрашиваю. Просто эта мысль не давала мне покоя все время путешествия, но задать его Харану я никак не могла.
– Шада Мелиалора чувствует себя лучше? – повернувшись ко мне, мягко уточнил тегин. Этот мужчина вовсе не походил на правителя в моих глазах. Слишком спокойный и приветливый, не высокомерный и не резкий. Странный.
– Да, пожалуй, мне лучше. Но даже если вы меня не приглашали к разговору, я хотела бы узнать: зачем было использовать шары?
– Шада может спрашивать о том, о чем пожелает. У меня нет катунь*, а у Эзры нет жены или дочери. Так что шада – вторая женщина по крови эйолов после моей матери,– иронично поглядывая на своего верховного жреца, усмехнутся тегин. А затем продолжил уже куда серьезнее: – И я отвечу на твой вопрос: после тех событий мы провели тщательное расследование, почему и кто из генералов приказал использовать шары. Изучили, как именно был возрождён старый рецепт, потому как шаров в подземельях…
– Их было не больше десятка. В плетеных корзинах за плотной дверью… – тихо перебила я, словно тканью, накрытая вдруг воспоминаниями.
– Верно. Но тогда их взорвали не меньше сотни. Один шар накрывает участок в пять-семь шагов, а там залита туманом вся низина, – глядя теперь строго и серьезно, медленно произнес тегин.
– И что вы выяснили? – я торопилась все сказать до того, как меня перебьет Эзра, но дед и не думал грубить. Проведя рукой по глазам, в этот раз ответил жрец:
– Не всем по нраву мир между нашими странами, Мелиалора Ашерелле. Тот, кто убил Верховного правителя, младшего брата их нынешней королевы, он же и подсказал рецепт шаров. Он же и подделал приказы, отправленные из дворца. Мы узнали об этом слишком поздно, чтобы что-то сделать. И слишком поздно сообразили, в чем цель этой войны.