Я даже не реагирую, просто обнимаю Риэлма. Не думала, что вообще увижу его. Он осторожно трогает мои плечи и потом смотрит мимо меня на Джеймса.
— Ты и правда не мой тип, Джеймс, — говорит он, — так что думаю, я предпочту мордобой.
Приятно слышать, — Джеймс бросает взгляды на меня и Риэлма, улыбается, но видно, что недоволен, как близко мы стоим друг от друга. Не так уж давно он видел, как я целовала Риэлма, до того, как мы снова стали вместе. И он знает о том, что я поехала в дом Риэлма в середине ночи. Он знает, что мы были не просто друзьями.
Я чувствую прикосновение к щеке и поворачиваюсь к Риэлму, который проводит по ней пальцем.
— Хорошо выглядишь, — тихо говорит он. — Я волновался.
— Это ты-то волновался? Я ничего о тебе не слышала. Думала, что ты… — я замолкаю, не хочу договаривать.
— Умер, — Джеймс заканчивает за меня.
Риэлм не обращает на него внимания и смотрит на меня чуть ли не с восхищением.
— Так ты рада меня видеть? — спрашивает он, как будто боится ответа.
— Да. Что за глупый вопрос?
Он улыбается, опускает руки.
— Конечно. Ты не приняла ее.
При упоминании о таблетке я мрачнею. Риэлм не знает, что я рассказала о ней Джеймсу. Он не знает, что мы держим это в секрете от остальных. Даллас захлопывает дверь шкафчика под раковиной, и я вздрагиваю. Она подходит к нам, держа в руках маленькую коробочку, глядя на Риэлма, и я расслабляюсь.
— Привет, блондинчик, — говорит она, широко улыбнувшись. — Все думала, когда же ты нас навестишь.
Она кидает к нему краску для волос.
— Ты мне всегда больше брюнетом нравился.
Риэлм улыбается ей теплой и дружелюбной улыбкой.
— Спасибо, Дал.
Она пожимает плечами, как будто это ничего не значило, хватает стул и крутит его, чтобы сесть задом наперед.
— Не следовало тебе шпионить за нами, — говорит она шутливо. — Ты получил мои сообщения?
Приношу извинения, — говорит он, — но да, я их получил. Вообще-то, через них я и нашел вас. Нам нельзя тут оставаться. Нужно найти другое укрытие.
— Мы над этим работаем, — говорит Кас и достает из шкафа сумку. — Я думал, ты только через неделю приедешь.
Они обмениваются взглядами, и Кас кидает сумку Риэлму. Риэлм сразу открывает ее, смотрит, что внутри.
— Мы нашли посещение в подвале, — продолжает Кас, — но я не думаю, что оно подходит нам. Не очень много выходов.
— Ищи дальше, — говорит Риэлм и достает сотовый телефон. — С него можно звонить?
— Только сегодня купил. А что? — улыбается Кас. — Хочешь заказать пиццу?
— Нужно позвонить Анне и поблагодарить ее. Сказать, что я в порядке.
Именно Анна, сестра Риэлма, помогла нам сбежать, дала машину и немного денег. Она помогла нас скрыться до того, как Программа пришла за нами. И она все это сделала только потому, что ее попросил брат.
— И от меня тоже поблагодари, — говорю я и касаюсь руки Риэлма. Он вздрагивает и смотрит туда, где моя рука трогает его. Он, кажется, немного растерян, и я хочу спросить его, где он был все эти недели, но не спрашиваю. Еще нет.
— Я скажу ей, — отвечает он.
— Эй, Риэлм, — говорит Кас, — занесу твои шмотки в мою комнату. Все равно мне лучше спать на диване. В этом доме развивается клаустрофобия.
Он по-дружески бьет Риэлма кулаком и уходит.
Майкл Риэлм робко улыбается мне, потом набирает номер и уходит в гостиную. Я встаю, смотрю ему вслед и, когда слышу, как он говорит, что в порядке, у меня появляются знакомые теплые чувства. Мне нравится, как он заботится о сестре. Он напоминает мне о Брейди.
— Поднимусь наверх, — бормочет Джеймс и уходит. Его дело так и лежит на столе, но я знаю, что его отвлекают другие мысли. Риэлм — его слабое место, и я повела себя как идиотка, потому что не подумала об этом. Я смотрю на Даллас, которая сидит, облокотившись о стол — вся такая праведница.
— Парень и любовник? — спрашивает она. — А я думала, что ты не такая.
— Заткнись, — говорю я, но чувствую, как краснеют щеки. И, даже при том, что от возвращения Риэлма у меня колотится сердце, я бегу по ступеькам к Джеймсу.
Глава 10
На лестничном пролете стоит оглушающая тишина. Я жду, что Джеймс будет ревновать, злиться — а вместо этого вижу, что он сидит у окна и смотрит на улицу. Он выглядит таким одиноким. Какая же я идиотка.
— Джеймс…
— Он — твой друг, — говорит он, не глядя на меня. — Я понимаю. Я даже рад, что он не умер.
— Ты не это имеешь в виду.
— Что — это?
Он поворачивается, и в полумраке кажется, что его обычно светлые голубые глаза потемнели. Я сажусь на кровать и, глядя на него, поджимаю под себя ноги. Джеймс не то чтобы дуется — просто выглядит обиженным и немного озадаченным.