Риэлм точно нездоров. С ним всегда было так, или он медленно погружается в депрессию? Я отхожу к дому, вырываю руку из его руки.
— Ты чокнутый, — говорю я. — Держись подальше от меня. И от Даллас.
Риэлм хочет идти за мной, но увидев мое лицо, останавливается. Опирается о перила и смотрит, как я ухожу. Внезапно мне очень хочется найти Джеймса. Я не могу рассказать даллас о Риэлме — не думаю, что смогу нанести ей такую травму. Но попрошу ее помочь мне найти Джеймса. И потом мы уедем подальше отсюд. Я бегу к дому, бегу подальше от Риэлма. Как всегда, бегу назад, к Джеймсу.
* * *
Когда я захожу в дом, там тихо. Сковородка, в которой готовил Кас, отмокает в раковине, а на столе стоит миска с китайской лапшой. Я все равно не могу есть — только не после того, что я узнала. Даллас в гостиной нет, но мне нужно найти ее. Нам нужно найти Джеймса и убираться отсюда. Я поднимаюсь наверх, чтобы собрать вещи, и мне кажется, что даллас все еще спит. Поднимаюсь по скрипучей лестнице и когда открываю дверь в спальню, у меня перехватывает дыхание.
У окна стоит Джеймс и смотрит во двор. Я вижу, как он поднимает плечи, когда я вхожу, но он не оборачивается. Даже хотя его не было всего несколько дней, он как будто изменился. Мне хочется видеть его лицо, но в то же время, я боюсь того, что увижу. Может, он еще злится из-за Риэлма? Или думает, что я бросила его?
— Я только что видел тебя на мосту, — тихо говорит он. — Тут красиво. Совсем как в Орегоне. Как дома.
Я вот-вот расплачусь, но только всхлипываю и собираюсь с духом.
— Ты нашел нас, — говорю я, вспоминая слова Риэлма. Он сказал, что если Джеймс любит меня, он найдет меня. Надеюсь, это правда.
Джеймс оборачивается и глядит на меня ярко-голубыми глазами.
— А ты думала, что не найду? — спрашивает он. — ты знаешь меня слишком хорошо, чтобы понять, что я так просто не сдамся. Я уехал, чтобы не убить твоего дружка, но потом кое-что случилось. Я просто рад, что Даллас оставила след.
Я так волнуюсь, и пальцы у меня трясутся так сильно, что я сжимаю руки перед собой.
— Я волновалась за тебя, — говорю я.
Джеймс кивает и лезет в карман, откуда достает пластиковый пакетик.
— Мне нужно вернуть это тебе, — говорит он тихо. — Я думал о том, чтобы принять его, но не мог. Просто засомневался.
— Я рада, — говорю я, — мне так много нужно рассказать тебе и, если честно, сомневаюсь, что в ближайшем будущем ты или я примем лекарство.
Джеймс растерянно глядит на таблетку и снова кладет ее в карман, но ни о чем меня не спрашивает. Он опускает глаза, сгорбившись. У меня внутри все холодеет.
— Что случилось?
Джеймс поднимает глаза.
— Мой папа умер.
Я ахаю — шок такой, что нельзя передать словами. Бросаюсь к нему, и мне все равно, хочет он меня или нет, и крепко обнимаю его. Джеймс уже потерял мать, а теперь… отца. Джеймс теперь сирота. Теперь он по-настоящему один. Он слабо обнимает меня за талию. Я встаю на цыпочки и шепчу ему на ухо:
— Мне так жаль, Джеймс.
Он обнимает меня крепче и держит в обьятиях, слегка покачиваясь от горя, которое он держит в себе. Я должна была быть с ним, а вместо этого позволила Риэлму мной манипулировать. Я подвела доверие Джеймса. Мы все это могли бы пережить вместе, но уже слишком поздно — ничего не вернешь.
Потом Джеймс несколько раз судорожно вздыхает, потирает красные глаза и оглядывает меня.
— Ты так похудела, — говорит он, а его голос печален.
— У меня небольшой стресс.
Он кивает, как будто понимает и с отсутствубщим видом начинает крутить локон моих волос.
— Когда я уехал, — тихо говорит он, — я планировал уехать на несколько часов, остыть, вернуться и заборать тебя от него. От Риэлма. В какой-то момент я сообразил, что еду назад, в Орегон. Просто хотелось вернуться домой. Хотелось, чтобы у нас все было как раньше. Я остановился на заправке и попросил позвонить. Я позвонил папе.
В глазах у Джеймса стоят слезы, а его горе передается и мне. Даже хотя его отец и винил меня в том, что Джеймс убежал, он все равно был его отцом. Я снова шепчу, как мне жаль, но Джеймс как будто не слышит меня.
— Папа не ответил, — продолжаетон. — И у меня появилось нехорошее предчувствие. Так что… я позвонил тебе домой.
— Ко мне домой?
Джеймс кивает и выпускает из рук мой локон.
— Даже не знаю, зачем. Я это сделал не думая — просто… знал номер. И говорил с твоим отцом.
— С папой? — вскрикиваю я. Я скучаю по родителям. Несмотря ни на что, я скучаю по ним и то, что Джеймс потерял своего отца, заставляет меня еще больше хотеть вернуться к ним.