– На второй этаж бабуля не поднимается – сама понимаешь, возраст. Давление она измеряет утром и вечером. Самостоятельно. Твоя задача – разговаривать. А ещё лучше, молча слушать её рассказы про молодость.
– В смысле? – притормаживаю. Округляю глаза, придерживаю ремешок сумки на плече.
Так резко остановилась, что он чуть не слетел.
– Что не так? – Баринов сегодня – сама серьёзность.
– То есть, я должна развлекать вашу бабушку, так?
– Ну, если тебе угодно это так называть, то да, – пожимает широкими плечами, возобновляя шаг.
– Нет, постойте, – хватаю его за рукав пальто. Одёргиваю руку, словно меня током ударило. – Я думала, вашей бабушке нужна медицинская помощь, а так… Я не готова быть шутом.
Складываю руки на груди, обнимаю себя покрепче. Долг долгом, но заниматься ерундой я не собираюсь. Так можно на любую работу устроиться, хоть официанткой, хоть техслужащей. Но мне нравится моя специальность. И уклоняться от заданного курса не хочется, размениваясь по мелочам.
– Ты это серьёзно сейчас? – одна рука спрятана в карман, а вторую Баринов выставляет вперёд.
Да уж, надо было ещё вчера все точки над «i» расставить, не пришлось бы теперь под дверью пожилого человека препираться. Но эта Маргарита мне все карты перепутала. Интересно, она рассказала что-нибудь Баринову?
Судя по тому, что он ведёт себя, как обычно, администратор держала язык за зубами.
– Серьёзно, конечно, вы же сказали, что нужна сиделка, а теперь утверждаете…
Договорить не успеваю, потому что тяжёлая металлическая калитка, возле которой мы затеяли наш спор, медленно открывается. И перед нами возникает старушка. Невысокого роста, с короткими каштановыми волосами, аккуратно подстриженными и красиво уложенными.
– Кирюшка, – женщина легонько улыбается. Её глаза светятся от счастья, стоит ей только посмотреть на Баринова. Бабушки такие бабушки.
– Анна Фёдоровна – Алиса, Алиса – Анна Фёдоровна, – представляет нас Кирилл Александрович, делая соответствующие взмахи рукой.
Киваю в знак приветствия, стараюсь натянуть на губы вежливую улыбку. Похоже, теперь мне не отвертеться.
– Алисонька, – женщина кидается ко мне, пытается обнять. Довольно крепко, что уж греха таить. И откуда в хрупкой старушке столько сил?
Но больше меня удивляет то, с каким восторгом реагирует Анна Фёдоровна на моё появление. Не припомню, чтобы мы с ней были знакомы и уж тем более состояли в дружеских отношениях.
Старушка гостеприимно приглашает нас в дом.
Снимаю сапоги, Баринов помогает повесить мою куртку на вешалку. Прохожу внутрь, стараясь не глазеть по сторонам, но взгляд непроизвольно притягивает окружающая обстановка.
Идеальная чистота и порядок. Молодец бабуля, мне учиться и учиться.
В гостиной – прекрасно сервированный стол. Мне становится не по себе – с чего это простую сиделку так встречают?
– Ба, это зачем? – внук её тоже со мной солидарен. Даже приятно как-то.
– Ну, как, ты невесту в дом привёл, вот я и решила встретить, как положено, – она обводит рукой шикарно накрытый стол.
Чувствую, что лицо моё вытягивается от удивления. Смотрю на Баринова – выглядит не лучше меня.
– Невесту? – произносим хором, не сговариваясь, но предварительно пересекаемся взглядами.
– Конечно, ты же сказал, что приедешь не один… – бабуля оседает на стул.
Я мгновенно реагирую, подлетаю к ней, беру за запястье, готовая провести необходимые манипуляции.
– Ох, – тяжело дышит. Впрочем, в таком возрасте, это практически норма.
– Ба, ты не так поняла меня, Алиса – твоя новая сиделка, – припечатывает Баринов, за что нарывается на мой гневный взгляд.
Ну, зачем так сразу, а? Не жалеет совсем бабушку.
Глава 12
Кирилл
– Чурбан бесчувственный, – бурчит себе под нос, отыскивая в бабушкиной аптечке необходимые лекарства.
Всё-таки в нужный момент в девушке включается медик, руки перестают дрожать, и мозг работает в правильном направлении.
Странные метаморфозы, интересно, а где у неё кнопка переключения?
– Что ты сказала? – шепчу ей в висок.
Вздрагивает. Упаковка лекарств летит из её рук на пол.
Наклоняется, торопливо собирает рассыпавшиеся блистеры.
На меня не смотрит. Молчит.
– Алиса? – попытка номер два. – Ты меня слышишь?
Вскидывает голову. Смотрит с вызовом.
Мелкая, тощая, но взгляд воинственный. Того и гляди, ринется в бой.
Правильнее было остаться с бабулей, но хрен меня дёрнул пойти за Алисой.