Голова кружится, дыхание перехватывает. Расстёгиваю пальто, которое только застегнул перед выходом.
Алиса. Выходит. Замуж.
Не могу понять свои ощущения.
Ревность? Вряд ли. Глупо ревновать женщину, с которой познакомился всего лишь пару недель назад.
Злость? Возможно, только на кого я злюсь? Я, словно подросток, вбил себе в голову, что должен добиться этой цели. Значит, злюсь на себя.
А может быть на Алиску? За то, что при живом женихе на шею ко мне кинулась, ничего не объяснив, в голову мою, в конце концов, залезла.
Я знаю, каково это быть рогоносцем. А из-за этой гадины я сам того не желая, оказался по другую сторону баррикад. Чуть не стал тем, с кем эти самые рога и наставляют.
Видимо, мало девчонку в детстве пороли, раз смеет так себя вести с мужчинами.
Завожу «Ягуара» и срываюсь с места, беру курс к дому бабули.
Ничего, рыжая ведьма, сейчас ты мне всё объяснишь.
Алиса
Сидим с Анной Фёдоровной на кухне и пьём чай.
Я киваю так часто, что голова уже кружится. А ещё много улыбаюсь, аж скулы сводит. И глаза слипаются, хотя ночью я более-менее выспалась.
Похоже у меня хронический недосып из-за работы.
– Вы простите… – пытаюсь вставить свои пять копеек в бурный словесный поток бабули.
Но сегодня старушка в ударе. Она уже три раза рассказала, как познакомилась со своим мужем – дедом Кирилла Александровича. Пять раз поведала, как училась в лингвистическом университете и чуть не вышла замуж за другого.
А теперь пытается в очередной раз пожаловаться на своих родственников.
Зря я думала, что у Анны Фёдоровны никого нет, кроме внука. У неё два сына, две невестки и внука тоже два. А давление поднимается при их упоминании, потому что старушка начинает волноваться. Считает, что ей мало внимания уделяют близкие.
– Мне пора, – произношу почти шёпотом. Всё равно не услышит.
И что на неё сегодня нашло?
Продолжаю кивать, а мыслями улетаю далеко-далеко. Хочу думать о чём-то приятном, но перед глазами сразу образ Баринова возникает.
Уже два дня не виделись. И к бабуле он сегодня не приезжал. Может, оно и к лучшему, что не пересекаемся, нервные клетки целее будут.
В прихожей щёлкает замок, открывается входная дверь.
Вспомни, как говорится.
– Добрый вечер, – бархатистый низкий голос проносится по помещению, вызывая мурашки по телу.
Киваю в знак приветствия. Не поворачиваясь, беру в руки кружку с чаем, подношу ко рту, надеясь таким образом спрятаться.
Чувствую, что во мне пытаются взглядом прожечь дырку. Скашиваю глаза в сторону единственного кандидата в сталкеры. Смотрит.
Злой, взъерошенный какой-то.
С грохотом отодвигает стул, опускается на него всем весом так, что мебель жалобно поскрипывает.
– Как дела, как прошёл день? – мужчина смотрит по очереди то на меня, то на Анну Фёдоровну.
На его губах играет лёгкая улыбка, но мне отчего-то кажется, что она ненастоящая.
Жду, что бабуля переключится на внука и ему продолжит рассказывать то, что я три часа подряд выслушивала.
Но, странное дело, бабушка молчит.
Неохотно поднимаюсь, чтобы налить Баринову чай. Борюсь с желанием плеснуть горячую водичку не в кружку, а в голубые глаза. Чтоб не пялился так открыто.
– Ты представляешь, бабуль, – приобнимает старушку за хрупкие плечи, – а ведь Алису Викторовну можно поздравить.
Алису Викторовну? С чем?
– Она в конце следующей недели выходит замуж, представляешь? Правда, Алиса Викторовна?
Поворачивается лицом ко мне, но смотрит в сторону. Словно я не достойна теперь его взгляда.
Мои глаза расширяются от удивления. По спине пробегает холодок, а к щекам наоборот приливает румянец. Откуда он узнал про свадьбу?
Анна Фёдоровна ахает и хватается за сердце. Смотрит на меня, как на преступницу.
– Мне пора, – поднимаюсь с места, на которое села всего минуту назад.
Голос глухой и жалкий. Домой, скорее домой.
– До завтра, – прощаюсь, хватаю с вешалки куртку и выбегаю во двор.
На улице уже стемнело. Район здесь элитный, и рассчитан на состоятельных людей, которым услуги общественного транспорта ни к чему. Поэтому из вариантов только такси.
Захожу в приложение, чтобы заказать машину.
Слышу, что открывается входная дверь.
– Стоять! – рычит знакомый голос.
Ага, конечно.
Выбегаю со двора. Надо было сразу выйти, а потом уже заказывать машину.
Догоняет меня возле своей тачки, ощутимо дёргает за локоть.
– В машину марш! – тянет в сторону «Ягуара».
– Не сяду! – огрызаюсь.