– Как это… кхм, трогательно, – с трудом собираюсь с мыслями, чтобы ответить хоть что-то. – Может быть, и правда.
Мы сидим на деревянной скамейке на берегу озера, и кажется, что весь мир вокруг нас замер. Перестал существовать, стал безликим и обесцвеченным. И есть только мы одни. Я и Алиса. Вместе.
– Я должна рассказать, – девушка неожиданно отстраняется, – так будет правильно.
Непонимающе смотрю в огромные серые глаза. И откуда в эти красивые глубокие омуты забралось волнение?
Алиса теребит пальцами замок на куртке, смахивает с джинсов несуществующие пылинки. Нервничает. Но почему?
– Помнишь, наш поцелуй тогда возле клуба? – спрашивает, продолжая неотрывно смотреть на воду. – Тот… первый.
Очередной выстрел прямо в сердце. Первый.
Я взрослый, искушённый женским вниманием, мужчина. Да и Алиса собиралась замуж, а значит, тоже успела в этой жизни коснуться соблазна. Но это «первый» звучит из её уст так тонко и пронзительно. И я рядом с ней, словно подросток, который впервые признаётся в чувствах понравившейся девочке.
– Помню, – шепчу ей на ушко, – и не против его повторить.
Касаюсь носом нежной кожи, веду вниз по щеке…
Отстраняется, будто её током ударило. Выставляет руки в защитном жесте.
– Подожди, я сейчас должна признаться, иначе потом… не смогу, – опускает взгляд.
От злости крепко сжимаю кулаки и нервно скриплю зубами. На кого злюсь? Да на себя за то, что ни хрена не понимаю.
– В общем, – заправляет за ухо прядь волос, – это касается моего бывшего жениха…
Нууу…
Моё терпение на исходе, а она, судя по всему, ещё даже не придумала, как начать.
– Мы же расстались, ох, – вздыхает, давая понять, как нелегко ей даётся этот разговор. – Мы тогда уже расстались, ну, до того, как с тобой в клубе… Как я тебя поцеловала.
Опять смотрит виновато. Ждёт, что я по глазам прочитаю, что она там хочет мне сказать? Так не умею я по глазам читать.
Упорно продолжаю молчать. Терпеливо жду, что Алиса сподобится, наконец, объясниться. Да и не знаю я, что говорить, не понимаю ведь ничего.
– В общем, мой бывший жених мне изменил, и я решила отомстить ему, поэтому тебя поцеловала! – выпаливает на одном дыхании.
Обнимает себя руками так, словно я уже высказал всё, что думаю по этому поводу. А я ведь ещё не начинал.
– Подожди, – до меня медленно доходит. После её поцелуев здесь на берегу, мозг туго соображает. Не готов я сейчас к откровенным разговорам, у меня романтическая чушь в голове. – То есть, этот… жених, – с брезгливостью произношу последнее слово, – он видел наш поцелуй?
– Угу, – кивает, бледнея на глазах.
Боится меня, будто я монстр какой-то. Но при этом стремится продолжить разговор. Честная, и это не может не радовать.
А вот признание её больно бьёт по мужскому самолюбию. Это она меня, получается, использовала, чтобы какому-то сопляку отомстить, а я повёлся? Нафантазировал себе тогда неизвестно что, идиота кусок.
– Ну, отлично, что я могу сказать, – развожу руками.
– Ты обиделся? – смотрит щенячьим взглядом из-под пушистых ресниц.
– Да я не баба, чтобы обижаться, – выпаливаю, не особо думая. – Извини, – роняю сухо, когда вижу яростные всполохи в светлых глазах.
На мгновение сильно зажмуриваюсь, пытаясь переварить всё, что обрушила на меня рыжулька.
Изменил. Бедная девочка, как она смогла перенести это предательство? Я, как никто другой, понимаю, насколько это не просто.
Изменил. И червь сомнения начинает атаковать мой мозг покруче прежнего: а как далеко у Алисы зашли отношения с этим её «женихом»?
Спросить? Не имею права. Личные границы никто не отменял. Только какие на хрен личные границы, когда она теперь моя? Будет моей, я уверен в этом.
– А как долго вы жили вместе? – интересуюсь как бы невзначай.
Её ответ не изменит моего отношения к девушке, но я сдохну от любопытства, если не узнаю.
– Я с родителями жила, а Андрей снимал квартиру. Мы решили уже после свадьбы съехаться, – отвечает понуро.
Грустит. Неужели из-за какого-то не оценившего девчонку придурка?
А может из-за меня и моих неуместных вопросов?
Тем более, главный из них так и остаётся открытым.
– И между нами ничего не было, если ты об этом, – добавляет, словно прочитав мои мысли.
Кажется, мне впервые в жизни становится стыдно. Вот я осёл, не хотел ведь девушку допрашивать. А получилось всё с точностью наоборот.