– Так, – хлопаю ладонями по коленям, – давай, не будем о грустном, хорошо?
Разворачиваюсь всем корпусом к девушке, беру её милое личико в свои ладони и опять целую розовые, слегка приоткрытые губы. Сладкая. И такая тёплая.
– У меня послезавтра будет небольшой праздник в ресторане по случаю… неважно, – небрежно машу рукой. – Я хочу представить тебя своим родственникам и друзьям, как свою девушку на этом вечере. Ты не против?
Да, очередной старомодный обряд, который удивил бы любую современную девушку.
Но Алиса смущённо кивает, в очередной раз принимая меня таким, какой я есть. И это хорошо, это правильно, так нам будет проще.
– А расскажи что-нибудь о своих родственниках, я же кроме Анны Фёдоровны и не знаю никого, – просит девушка.
Неожиданно. И очень приятно, что Алису интересует моя семья.
– Расскажу, но только при условии, что ты мне потом тоже расскажешь что-нибудь о себе, хорошо? – ставлю условие.
Не могу по-другому, потому что знаю: с ней только так. Не возьмёшь вовремя в оборот, тут же выкрутится.
– Да что рассказывать, – развожу руками, – у меня есть родители, ещё дядька по отцу и двоюродный брат. С Димкой у нас совместный бизнес, если это так можно назвать, – стараюсь быть кратким.
– А… правда, что ты, ну… – мнётся девушка.
Вижу, что хочет ещё что-то узнать, но стесняется. Взгляд отводит, нервно елозит пятой точкой по скамейке.
Накрываю её изящную ручку своей ладонью и слегка сжимаю пальцы, посылая невербальный сигнал, чтобы успокоилась.
– Спрашивай, что считаешь нужным, я постараюсь ответить на любой твой вопрос, – одурманенный нашей близостью, даю опрометчивое обещание.
– Я, это, в общем, совершенно случайно, – выделяет голосом, – слышала, что владелец «Барина» недавно развёлся. От подруги… – уточняет, съёживаясь и словно уменьшаясь из-за этого в размерах.
Молчу. К чему она сообщает мне эту информацию? Про сплетни, которые ходят вокруг моей персоны, я и так знаю. Или…
– Это про тебя или про брата? – спрашивает виновато.
Ну, теперь понятно. С другой стороны, Алиска передо мной открылась, хотя могла бы и не рассказывать ничего про своего бывшего. А я, получается, хочу остаться тёмной лошадкой?
– Про меня, это что-то меняет? – стараюсь звучать мягче, но получается плохо.
– Н-нет, – теряется. – Извини.
Губы смыкаются в тонкую линию, взгляд становится отстранённым. Воздух вокруг ощутимо заполняется напряжением, которое возникло между нами из-за моего грубого ответа.
Алиса замыкается в себе и не произносит ни слова.
Я ненавижу все эти женские уловки, надутые губы и глупые обидки. Или, что всего страшнее, слёзы. Но в ситуации с Алисой почему-то не ощущаю присущего мне раздражения. Наоборот, мне хочется обнять покрепче девушку, успокоить, забрать её переживания себе.
– Она изменила мне с моим лучшим другом, – произношу после затянувшейся паузы.
Какой-то вечер откровений у нас получается.
Алиса медленно поворачивается в мою сторону. Уголки её сладких губ опущены вниз, а в глазах явственно читается… сожаление.
Нет. Вот только жалеть меня не надо, девочка.
– Кто-то обещал мне что-нибудь о себе рассказать, – перевожу тему.
Не хочу говорить о бывшей. Не потому, что меня этот разговор может ранить. Всё, что возможно было выжечь во мне, было выжжено ещё полгода назад. Женой, которую я боготворил. И думал, что никогда не смогу забыть.
Я даже всерьёз подумывал простить ей измену, она ведь так умоляла.
Но потом понял, что не смогу быть с этой женщиной, всё же я очень брезгливый.
А теперь смотрю на Алиску и неожиданно понимаю, что должен благодарить небо за этот шанс. Шанс никогда не вспоминать прошлое, шанс жить новой жизнью.
Не могу держать себя в руках, притягиваю хрупкую фигурку к себе, зарываюсь носом в огненные волосы. Вдыхаю цветочный аромат. Интересно, это шампунь, иди духи такие? Никогда не задавался вопросом, чем именно пахнет женщина, а тут вдруг становится интересно.
Эта невинная близость дарит мне тишину, покой, умиротворение. Она – мой оазис, мой маленький мир, куда я взял и сбежал от всех и вся. Моё лекарство от ран, которые были в прошлом.
– Если ты сейчас же не заговоришь, – рычу ей в макушку, – то я тебя съем.
Касаюсь пальцами лица, в очередной раз впиваюсь в губы. Вот это я дорвался, теперь всё время хочу целовать Алиску.
– Ладно, – упирается ладошками в мою грудь, – только я не знаю, что рассказывать, ты-то всё и так обо мне знаешь.
Игриво хлопает ресницами. Оттаяла. Это радует.