— Нет, Кость. Просто, как ты и сказал, оставайся на связи, я буду звонить каждый вечер. И спасибо тебе.
Зная, что у меня всё ещё имеется приличная сумма на счету, Костя почему-то сам уточняет:
— Скажите по поводу оплаты. Расценки я видел, но та сумма, это за день или как понять, сколько дней моему другу нужно будет пробыть здесь, чтобы выздороветь?
— Ох, на этот счёт не переживайте. Вы платите только за факт выздоровления друга, который он должен будет подтвердить вам сам. Иначе вы не платите ничего.
— Условия прямо какие-то волшебные. Везде бы так. Спасибо. Надеюсь, Алексу станет лучше здесь.
— В этом нет сомнения. Главное, чтобы и он сам этого действительно хотел.
Дворецкий провожает Константина, а я иду по самому длинному коридору, какой я только видел в жизни. А ведь я продал огромное множество домов, но никогда не имел дела с такими особняками. Наверно, их вот так просто не продают направо-налево. Они в некотором роде достояние своих владельцев.
Дойдя до указанной двери, я стучусь и вхожу. Внутри неожиданно маленькое помещение, похожее скорее на кабинет менеджера, чем на комнату владельца этого дома.
В глаза сразу бросаются полки с книгами. В основном всё, что касается психологии, памяти и эзотерики. Кабинет почти пустой и, кроме книг и стола с лампой, в нём практически ничего нет. За столом сидит седой мужчина с ухоженной густой бородой и элегантно и очень несовременно закрученными на концах усами. Он слегка откашливается и жестом предлагает мне присесть напротив него. Не за столом, а именно напротив. Словно такой символ доверия и отсутствия границ между нами. Лёгкий психологический ход.
— Итак, вы прибыли сюда в поисках ответов.
— Да, я не помню…
— Как и многие другие до вас и, простите, многие, кто придут после вас. Наши методы зарекомендовали себя, хоть и в крайне узких кругах. Об этом месте нельзя услышать по телевизору или прочитать в Интернете.
— Зачем же такая скрытность? Как о вас вообще узнают? Как ваш санаторий держится на плаву?
— Мы не считаем, что о таком месте должны знать совершенно все. Но о нас узнают, передавая информацию из уст в уста. И ни один, абсолютно ни один из наших клиентов не ушёл, не получив того, за чем прибыл. Скажите, зачем же пришли вы? Кратко.
— Я пришёл за ответами. Моя любимая жена пропала. Однажды она просто не пришла домой. Я не помню, что было в тот день. Помню только, что пришёл домой, а её нет. У нас всё было идеально, мы постоянно проводили время вместе, дышали друг другом. А потом она просто исчезла. И ни один человек не может сказать мне, что именно произошло.
— Пропала жена. Тот день вы не помните. Вы уже строили догадки о том, что могло случиться?
— Безусловно.
— Вы же понимаете, что раз вас не посадили в тюрьму, то криминала за вами нет и худший сценарий отпадает?
— Да, я думал об этом. Но я не понимаю, почему Анну никто не ищет.
— А вы можете представить себе такой сценарий, при котором её никто не ищет, потому что все знают, где она?
— Я… да, могу. От меня словно что-то скрывают, доктор. Вы же доктор?
— Доктор, безусловно. Дипломированный и с огромным опытом, не переживайте на этот счёт. И очень прошу вас, не ищите подвоха в нашем диалоге. Моя цель — помочь вам. Те, кто нас финансируют, делают это не ради денег. Поэтому оплата столь незначительная. Наши спонсоры владеют большими средствами, а данное место — проявление их стремления помочь людям. Тем, кому в других заведениях помочь просто не могут. И моя цель такая же. Каждый работник этого места был тщательно подобран, все они искренне желают оказать помощь клиентам, а не просто создать видимость усилий.
— Никогда не слышал о таких местах. Костя сказал, что это санаторий. Что-то вроде него.
— Я бы не назвал это место санаторием. Хотя, в некотором известном смысле…
— А как бы вы его назвали? Как оно вообще называется? Особняк?
— Особняк… было бы несколько вульгарно с нашей стороны так назвать это место. У него есть вполне официальное наименование. Лимб.
Глава 5
Знание того факта, что каждый день на связи со мной будет мой друг, сильно успокаивает меня и не даёт чувствовать себя одиноким в этом Лимбе. Название, конечно, не самое приятное по своей сути. Может, правда, изначально в него и не вкладывался такой уж глубинный смысл. В целом это и не так важно. Более всего меня интересует, когда я наконец выясню хоть что-то про Анну.