- Но это же абсурд, — сказал начальник Управления.
- К сожалению, нет, — Крутов посмотрел на него. — Покойники отличаются от нас с вами только тем, что желание умереть у них было не более полугода назад.
- И как же они находят таких людей? — удивился Самойлов. — По запаху?
- Вот это вопрос! Десвешеры, каким-то образом находят этих людей именно в такие сложные жизненные периоды. Тех, у кого за последние полгода было реальное желание покончить с собой. И после общения с десвешерами, эти люди делают именно то и именно так, как нужно им. А узнать и определить людей, с которыми пообщались десвешеры невозможно. Нет видимых симптомов, как говорят врачи. Болезнь протекает скрытно.
А когда проявляются видимые симптомы, предотвратить самоубийство и спасти человека невозможно, потому, что он умирает через несколько секунд. Поэтому те улики, которые у нас есть, не дают нам пока никакого преимущества. Определить место и время следующей акции с их помощью невозможно. А то, что она обязательно произойдёт, теперь не вызывает сомнений. Вопрос только где и когда?
- А в психущках не искали? Там ведь регистрируют потенциальных самоубийц. — спросил начальник Управления.
- Искали, но во первых, там регистрируют только после неудачных попыток. А у наших киевских десвешеров это была первая и последняя попытка покончить с собой. К психиатрам и психологам они не обращались и на учёте не стояли. Думаю, что у ваших будет та же картина. В вопросах скрытности они очень хорошо придерживаются системы и ни на йоту от неё не отходят.
- Может это какие-то новые шахиды? — спросил Самойлов.
- Нет, это не шахиды, — уверенно возразил Крутов. — У тех цель убить или покалечить как можно больше жертв, чтобы посеять страх и панику. Эти умирают сами. И задача у них привлечь к себе внимание. Я не психиатр но, судя по тому, что я вижу и уже знаю, вывод напрашивается однозначный. Все эти люди наверняка проходят серьёзную психологическую обработку. Потому, что в крови покойных никаких психотропных веществ не обнаружено. Инструкций в карманах тоже нет. А по их поведению, вы сегодня это сами видели, они сделали это абсолютно добровольно. Помните, как революционеры или партизаны в войну шли на казнь и совершенно не боялись смерти. Потому, что были уверены, что боролись за правое дело. Согласитесь — очень похоже на наших покойников.
- Похоже, — согласился Самойлов. — Но неужели им всем так важна эта эвтаназия? Почему они готовы умереть за эту идею десвешеров? — спросил он.
- Вот ещё один очень важный вопрос, — ответил Крутов. — Поймём этот мотив — сможем видеть симптомы.
- И в чём вы видите мотив десвешеров? — спросил его начальник Управления.
- А они его и не скрывают — разрешение эвтаназии на законодательном уровне. Во всяком случае, никаких других требований они не выдвигали. На мой взгляд, десвешеры одержимы этой идеей, и нашли способ бороться за неё. Чудовищный, но способ, с помощью всех этих людей, потенциальных суицидников.
- Не хочешь жить — лезь в петлю, стреляйся, топись. Никто тебя не держит. Зачем другим жизнь портить? И что требуют — какую-то грёбаную эвтаназию! На хрена она им далась? Не понимаю! — громко выругался начальник Управления.
Сидя в кафе с наушником в ухе, Алекс внимательно слушал и думал: «Самый главный вопрос, который наверняка заинтересует моих пытливых читателей — а на хрена, как выразился их полковник, им эта эвтаназия? Действительно, зачем им разрешение эвтаназии в масштабах страны? Разве самоубийства это такая большая проблема для нашего общества? Никогда раньше не задумывался. Нужно будет обязательно изучить этот вопрос».
В кабинете начальника Управления продолжался обмен мнениями.
- Может десвешеры находят всех этих людей, которые именно сейчас хотят расстаться с жизнью в интернете? — спросила эксперт Полтавченко.
- Возможно. Но ни звонков, ни переписки в компьютерах у покойных мы не обнаружили. Как только мы поймём, как они их вербует, мы сразу сможем найти следующих смертников и прекратить этот кровавый кошмар. Это и есть наша сверхзадача — найти путь, которым пришли и приходят десвешеры к этим людям.
- Что вы намерены делать дальше, полковник? — задал вопрос начальник Управления
- Собирать информацию и крепко думать. И ещё надеяться, что они где-то ошибутся и оставят нам подсказку. В моей оперативной практике, это первый случай, когда я не могу применить то, чему меня учили в академии. Классические приёмы криминалистики в этом случае бесполезны.
- И как же с ними бороться? — спросил лысый подполковник.