Выбрать главу

Уже дома, застегивая после душа рубашку, Андервуд и вовсе забыл об утренней тревоге, списав это все на простую духоту и легкое переживание перед заседанием кафедры. Сегодня ему нужно будет постараться выбить для двух нерадивых студентов еще один шанс на пересдачу. Не глупые ведь ребята, но почему-то привыкли попадать в разные неприятности.

— Ты сегодня допоздна? - Шэрон обняла мужчину со спины, проводя ладонями по груди, и с улыбкой посмотрела на него через отражение в зеркале.

Алан вздохнул и бросил быстрый взгляд на часы:

— Часов до четырех точно буду в университете. А потом надо заехать за отцом. У него сегодня плановый осмотр у врача.

— Как насчет того, чтобы после поужинать где-то? Мне тут Марли посоветовала один ресторан…

— Помнится, после того, как твоя Марли «посоветовала» нам один ресторан в прошлый раз, мы оставили там целое состояние за невкусную утку, - Андервуд с усмешкой посмотрел на Шэрон. - Может, в это раз мы обойдемся как-нибудь без ее советов?

— Признай уже, что она тебе просто не нравится, - Пейдж рассмеялась, делая шаг назад и подавая Алану пиджак.

— О да, я ее просто терпеть не могу, - он хитро прищурился, и быстро притянул в свои объятия Шэрон. - Если ты купишь вино и апельсины, я сам тебе приготовлю самую вкусную утку, которую ты только ела в своей жизни.

— Прямо-таки самую вкусную?

Но вместо какого-либо ответа Алан просто поцеловал Пейдж, ощущая на ее губах улыбку. Это было лучше всяких слов.

***

Тихо насвистывая какую-то из песен, которую услышал сегодня утром во время прогулки, Алан, не спеша, но довольно широким шагом шел по коридору университета.

Стук каблуков ботинок эхом отдавался от стен, и даже тихий шелест и разговоры за закрытыми дверьми аудиторий не перекрывали этот строгий и четко выверенный звук шагов профессора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Первым, кого заметил Андервуд, - была Офелия Нельсон, которая, непременно, тоже заметила его. Иначе чем можно было еще объяснить ее сдержанную, но хитрую ухмылку. Алан не успел никак на это отреагировать, как увидел открытую дверь своей аудитории. О, это женщина определенно знает, что он не любит, когда в его аудитории разрешают сидеть студентам. И это даже с учетом того, что весь инвентарь спрятан в небольшом кабинете, который прилегает к аудитории.

Подойдя ближе, мужчина довольно громко произнес, надеясь, что незаконный обитатель его кабинета тоже это услышит:

— Офелия, почему моя аудитория открыта? - он замер в метре от двери и с самым серьезным выражением лица, на которое только был способен, посмотрел на коллегу.

Это была определенно самая хитрая из женщина, которых ему доводилось встречать в жизни.

— Ты прекрасно знаешь, что Медея и Андрес сегодня выступают спикерами на конференции. Так будь добр - сложи эти факты.

Андервуд хотел что-то добавить, например, что она могла бы с тем же успехом предоставить им кафедру, свой личный кабинет или множество других аудиторий, но Нельсон опередила его:

— Не нарывайся, Алан.

— Кто? Я? Как смею…, - Андервуд дернул уголком губ в ухмылке, заметив, что Офелия тихо усмехнулась и направилась дальше по своим делам.

Никто из знакомых и других коллег не смог бы сказать, что Андервуд и Нельсон дружат. В какой-то степени странно вообще представить дружбу между людьми, которых разделяет двадцать лет. Они не ходили вместе в бар и в кино. Никогда вместе не выбирались на какой-то пикник или не садились в кафе обсуждать последние сплетни про своих знакомых и знакомых их знакомых. Но при этом ни Алан, ни Офелия никогда не ставили под сомнение, что их отношения - самая настоящая дружба.

Нельсон стала для Андервуда главной опорой, когда десять лет назад он решил остаться преподавать. И, хоть она не имела никакого отношения к его предмету и его кафедре, Алан знал - к ней всегда можно обратиться за помощью и советом. Именно она приучила еще молодого профессора к строгости и дисциплине, из-за чего многие студенты были недовольны. Но и благодаря трудам этой женщины Андервуд заработал себе отличную репутацию профессора, к которому прислушивались, несмотря на молодой возраст, и к которому студенты, привыкнув к его стилю преподавания и поведению, обращались за помощью.