Похоронить живьем под тоннами камней, без воды, пищи и света. Это они называют мягким?
– Странно, – она встряхивает головой, – зачем кому-то в здравом уме возвращаться сюда, зная, что его ждет?
И правда. Зачем Блэквуд вообще это затеял? Разве он не знал, что с ним сделают падшие, когда он объявится? Может, он думал, что они все мертвы? Или знал, что я в любом случае вытащу его из темницы? Для этого он меня и оберегал?
– Не знаю.
– Я думала, вы пришли вместе. Как же получается, что ты не знаешь его мотива?
– Иногда я вообще… не понимаю, как… здесь оказалась. Я должна быть… дома с родными. Как получилось… что моя жизнь просто… развалилась на части?
– Иногда приходится чем-то жертвовать, чтоб сохранить равновесие.
Где-то я уже это слышала. Жертва во благо. Что за странное выражение. Лишиться, чтоб сохранить, потерять, чтоб обрести, пожертвовать, дабы спасти. Есть ли в этом хоть какой-то смысл?
– Да уж, – срываю с куста листок, – хороша… жертва.
– И все же, кажется, ты прекрасно знаешь, почему ты здесь, только примириться с этим не в силах.
Она говорит так, словно знает что-то, чего не знаю я. Хочу спросить, но не успеваю. Пока я медлила, она ушла. А я все сижу на том же месте и пытаюсь собрать мысли в кучу. Напрасно, в голове будто минное поле. Каждая мысль взрывом цепляет другую, та еще одну и еще. И так по бесконечному кругу. Откидываю листок в сторону и смотрю, как он вихрем опускается на землю. Представляю заключенного, который, раскрыв руки, летит со скалы в пропасть. И все же такой конец был бы гуманнее, чем голодная смерть. В висках трещит. Может, это сказывается действие яда? Или у меня просто сносит крышу. Еще и Блэквуд решил сыграть в героя. А что делать мне? Я домой хочу! Но как я доберусь туда одна? Допустим, каким-то невероятным образом я смогу найти дорогу до границы, не наткнувшись на моровов. Но что дальше? Я понятия не имею, как открыть врата с внутренней стороны! Конечно, план мне известен. Для этого мы и взяли ракетницу, но как подать сигнал, где и когда, чтоб стражи его увидели?
И как быть с «мучеником»? Ведь не могу же я просто уйти, зная, что его ждет. Это как-то… не по-человечески. Особенно с учетом того, что остаться он решил из-за меня. Только сейчас до меня доходит, что значит медленная смерть. Сидеть в четырех стенах, без еды, воды и воздуха. Они же просто замуровали его заживо! Ладно, без еды можно прожить пару недель, но вода… Без воды он исчахнет за пару дней, а без света потеряет голову (если еще не потерял). Это же живодерство! Как они могли такое сделать? Да, он пожертвовал ими, чтоб спасти других, но это не дает права хоронить его заживо! Ведь есть много других способов расплаты. В конце концов, что, если у него не было выхода? «Лучше пожертвовать частью, чем потерять все» – кажется, я начинаю понимать. Вместо того чтоб позволить моровам прорваться сквозь стену и сожрать всех, он пожертвовал теми, кто не успел добраться до врат.
Жертва во благо. Звучит ужасно, но не лишено смысла. По крайней мере, в таких же ужасных условиях. Ловлю себя на мысли, что неосознанно перешла на сторону Блэквуда. Почему я его вдруг защищаю? Раньше его решение казалось чудовищным, а теперь я ищу аргументы в его пользу. Нонсенс. Он бросил на гибель сотню людей. Какие тут могут быть аргументы? «Тогда почему ты его защищаешь? – нашептывает внутренний голос, – Почему хочешь помочь?» Никого я не защищаю! Просто он не… просто я… Все не… Кого я обманываю? Я сама не знаю. Одна часть меня противится не только его характеру, но и самой его природе. Каждый раз, когда судьба подкидывает факты из его жизни, ее словно выворачивает наизнанку. Но есть и другая часть, которая постоянно пытается найти ему оправдание. Оправдать все обидные слова и поступки, с которыми не может примириться совесть. Почему? Не знаю. Не могу его бросить, потому что… Потому что он никогда меня не бросал.
Ведь правда. Блэквуд ни разу не оставил меня в трудной ситуации. Даже тогда, в лесу, когда моровы вогнали в меня челюсти. Он вернулся за мной, а мог просто уйти – и никто бы не осудил его. И хоть я до сих пор ума не приложу, зачем он это сделал, это так. Он не бросил меня. А как я могу? Если что-то в природе Блэквуда и раскрылось мне, так это ненависть к слабости. Он не хочет, чтоб его видели таким. Но неужели он думал, что я так просто сдамся? Нет, только не сейчас, когда мы как никогда близко подобрались к цели. Теперь, после всего что произошло, я обязана ему помочь.
День 6
Нет, нет, нет. Не хочу вставать. Ну почему мне просто не дадут поспать? Неужели нужно умереть, чтоб наконец-то выспаться? Я кручусь в кровати, пока не выдерживаю. Что это за шум? Такое ощущение, будто все люди Норы собрались возле моей палаты, чтоб не дать мне поспать. Или… стоп. А ведь это так. Я слышу голоса, много. Что там происходит? Накидываю накидку и выхожу на улицу. Иду по следу гремящих возгласов, пока не выхожу на площадь. Здесь полно людей. Что они здесь делают?