– Прекрасно, тогда я оставлю его себе. Хотя нет.
Стираю пятна крови большим пальцем.
– Оно такое старое и выглядит дешево. Пожалуй, я отдам его Изи. Она любит безделушки.
– Это не безделушка.
– Правда? А выглядит именно так.
– Не нравится, отдай.
– Еще чего, – прижимаю медальон к груди. – И что это за металл такой?
– Это ртуть.
– Кто делает украшения из ртути?
– Сиринити. Клинки стражей выкованы из сплава ртути и титана. Ртуть быстро распространяется по всему организму вместе с кровью. Рана от такого оружия наносит необратимый урон организму. Одна царапина может оказаться смертельной.
– Но зачем делать украшение из ртути? Разве это не опасно?
– Сплав безопасный. Титан уравновешивает токсичность ртути. Если металл не попадет в открытую рану, волноваться не о чем. Все стражи знают об этом, но ты ведь не страж.
Пропускаю укол мимо ушей.
– Значит, медальон принадлежал стражу. Хорошо.
Он уходит в другую сторону, а с моих губ не сходит улыбка. Я его достала. Конечно, это не то, чего я добивалась, но, честно говоря, мне иногда нравится выводить его из себя. Думаю, ему это только на пользу. Может, так он научится проявлять хоть какие-то эмоции. Откидываюсь на спину и наслаждаюсь тем, как прохладный воздух высушивает лицо. Усталость разливается по венам, и я больше не могу ее сдерживать. Завтра – великий день. День, ради которого мы потратили немало сил и пожертвовали если не всем, то многим. День, которым я живу всю последнюю неделю. День, когда мы вернемся домой. От этого дня зависит моя жизнь, и я должна быть к нему готова.
Пепельная дымка нависает над головой. Утро. Впопыхах собираюсь, проверяю бинты, поправляю одежду. Я вся как на иголках. Умываюсь и чувствую, как дрожат ладони. И это не из-за холода. Что-то другое закрадывается внутри – волнение. Или нет. Предвкушение. Чего-то важного, феерического, чего-то, что изменит мою жизнь. А вернее, поможет вернуть ее в прежнее русло. Дорогу начинаем молча, и хоть Блэквуд немногословен, замечаю, что он напряжен. Он волнуется не меньше моего, но в отличие от меня он умеет держать себя в руках. Все бы отдала за частичку такого таланта. Граница нависает над нами громадным зверем. Чем ближе приближаемся, тем темнее и холоднее становится. Словно сама погода нашептывает о приближении чего-то важного. Запасы еды заканчиваются, воды хватит еще на какое-то время, но этого мало. Придется пополнить запасы. Пока Блэквуд отправляется на охоту, я набираю воды у ручья и собираю ягоды. Только сейчас замечаю, какие изодранные у меня пальцы. Наверное, после скал. Подранные и холодные. Как бы мне хотелось согреться у костра, но о костре сейчас не может быть и речи, мы ведь почти у границы. Блэквуд возвращается с парой ящериц, рыбиной и сдобными корнями. Рыбу едим сразу. Остальное берем с собой в дорогу.
Пока добыча румянится на раскаленных камнях, не знаю, чем себя занять. Поэтому просто сижу, уперев руки в подбородок.
– Как нога, зажила?
– Вряд ли. Прошло всего-то два дня.
О чем он? Это ранозаживляющее растение, конечно, хорошая вещь, но не настолько.
– А ты проверь.
Не нравится мне его тон, но все же решаю проверить. Снимаю повязку, разматываю бинт и… вздыхаю от удивления. На бедре нет ни единого следа! Этого не может быть. Смачиваю кусок ткани водой, смываю зеленую кашицу. Правда! Только тоненький рубец остался. Но как такое возможно?
– Как ты узнал?
Он снимает ящерицу с камня.
– Тара была права.
– Насчет чего?
– У тебя действительно особая кровь.
– О чем ты?
Он поднимается и идет к ручью. Уходит? Ну уж нет.
– Эй, подожди! – бегу за ним. – Что это все значит?
– Разве ты не уяснила? Все твои повреждения заживают за считаные дни. Тебя это не удивляет?
И что с того? Если бы не было ранозаживляющего растения, я бы уже давно лишилась ноги.
– Нет, ведь растение…
– Растение здесь ни при чем. Дело в тебе. Вот оно, скрытое свойство двенадцатой группы – самоисцеление.
Самоисцеление? Да он, видимо, головой ударился.
– Ты с ума сошел.
– Тара это знала, поэтому и не хотела тебя отпускать. Для падших ты – способ выжить.
– Ты ошибаешься.
– Посмотри на свою ногу и вспомни, что ты видела два дня назад.
В мысли сразу закрадываются картинки с позапрошлой ночи. Бедро в крови, ткань, прилипшая к коже и боль, от которой я чуть не потеряла сознание.
– С раной подобной тяжести ты не смогла бы встать на ногу как минимум пару недель. Но ты встала и прошла весь путь по скалам.
В висках начинает давить. Зачем он это делает?
– Я же говорю, это растение! Я видела, на что оно способно. Окра его уже использовала, чтоб залечить мне рану на шее.