– Ты что, спятила? Здесь могут быть моровы.
– Кости повсюду…
– Замолчи.
Заставляю себя отвести взгляд от камней, хоть это и стоит огромных усилий. Не могу дышать, словно стены вдруг сузились, выпустив весь воздух.
– Вперед и ни звука.
Как хорошо, что со мной «мистер чуткость». Его поддержка незаменима, словно капля керосина в огонь. Ладно, успокойся. Нужно идти. Ты ведь не хочешь остаться здесь? Просто не смотри по сторонам, под ноги. Вообще никуда не смотри. Только вперед и только прямо. Кое-как заставляю ноги двигаться, чувствуя, как Блэквуд подталкивает в спину. Боится, чтоб я снова не наделала шума. В нынешних обстоятельствах это неосмотрительно, но что я могу поделать. Я же живой человек. У меня есть чувства, и они не отключаются путем нажатия рычага на спине. Пятнадцать минут, час, сутки. Ощущение, что этот проход бесконечный, только усиливается. Когда наверху показывается светлый ореол, я готова бежать к нему. Но все же нахожу в себе терпение этого не делать. Боюсь, споткнусь и полечу вниз.
Мы выходим на площадку. Решетка пола разносит звук шагов по всей округе, и по тому, как далеко уходит эхо, делаю вывод, что помещение большое. Света факелов едва ли хватает, чтоб очертить границу помещения. Огромное, стены тянутся в длину метров на двадцать. Потолка и вовсе не видно. Что это за место? И почему я не чувствую земли под ногами? Будто в воздухе парю. Это мне не нравится. Вообще здесь не нравится. Замечаю, что помещение разделено на две площадки. На одной из них находимся мы. Вторую отделяет примерно десять метров. А вот что находится между ними? Подхожу к ограждению и… отскакиваю назад. Камни… Те самые, из которых построена стена в башне. Кости, черепа, скелеты. Тысячи. Целое поле останков, охранявших стены этого здания. Как жутко. От одного только взгляда кожа леденеет. Это люди или сиринити? А может, моровы? Откуда они здесь взялись? Кислород вдруг испаряется, и я хватаю ртом пустой воздух. Пытаюсь взять себя в руки, безрезультатно. Не могу здесь находиться. Хочу отсюда выбраться! На поверхность, в лес. Куда угодно! Лишь бы подальше отсюда! Блэквуда вид костей не шокирует. Едва взглянув вниз, он направляется к стене и снимает факел. Ни одной эмоции. Это всерьез заставляет меня задуматься, человек ли он вообще?
Свет факела позволяет разглядеть все больше деталей. Но чем больше вижу, тем больше хочется отсюда убежать. Громадные стены возвышаются над нами, словно скалы. Еще немного, и прихлопнут нас как в мышеловке. На другой площадке мелькают разноцветные блики. Это что, витраж? Прямо как в церкви. Спустя время замечаю мост слева. Он соединяет площадки между собой. Справа точно такой же. Сколько же лет этому месту? Камень на стенах совсем потемнел, будто возводился в прошлом столетии. Мост в таком же печальном состоянии. Каждый скрип пола норовит стать последним. Спокойно. Главное – не смотреть под ноги. Вопреки всем попыткам, не сдерживаюсь и все же рассматриваю стену. Она выглядит как-то странно. Поверхность неровная, будто часть скалы. Везде сплошные выемки. Постепенно неровности перерастают в выпуклости, выпуклости – в выступы, а те сливаются в почти различимые черты. Каменные глаза, отесанные носы, массивные подбородки… Мне кажется или это…
– Это что, лица?
Блэквуд только зыркает в мою сторону, а его голос уже звучит у меня в голове. «Ты же сама видишь. Зачем спрашиваешь?» И вправду зачем. Принимая во внимание оскал, это лица моровов. Это ясно и по скрученным рукам и сгорбленным плечам. Хотя нет, ничего не ясно. Что это за фигуры, откуда они здесь взялись и, что самое главное, зачем? Зачем вырезать в стене фигуры моровов, словно они какие-то божества? В этом нет смысла, если… только здесь они не являются кем-то большим, чем кровожадными тварями. Где моровы могут иметь авторитет? Ответ очевиден. Только в их логове.