– Это они! Они в вентиляции!
Пускаюсь вперед, что есть духу, правда, в нынешних обстоятельствах это довольно проблематично. Каждый раз, когда стараюсь ускорить ход, бьюсь головой о потолок. Как же здесь тесно! Еще и Блэквуд подгоняет сзади. Я и так счесала все ладони, ногти на правой руке стерты до крови! Колени пекут. Видимо, там синяки чернее мрака в этом тоннеле. Разве этого недостаточно? Оказывается, нет. Понимаю это, когда из глубины тоннеля до нас доносятся приглушенные звуки: рычание, рев, скрежет когтей. Сомнений нет. Это моровы. Теперь я начинаю паниковать. Ползу так быстро, как позволяют содранные руки. Ищу глазами спасительный люк, но, как назло, по пути не попадается ничего. Каждый визг отдается стуком в висках. Сердце бешено колотится о ребра. Еще немного, и пробьет дыру. Наконец впереди проскальзывает развилка.
– Куда дальше?
Блэквуд мешкает. Нашел время! Не дожидаясь ответа, сворачиваю налево, но он меня останавливает.
– Нет, направо.
– Почему?
– Оттуда веет холодом.
Поворачиваю, молясь, чтоб Блэквуд не ошибся. Он редко ошибается, если ошибается вообще. То ли из-за того, что им правят грубые расчеты, то ли потому, что внутри он тверже мрамора. Через пару минут рот улавливает приятный привкус прохлады. Блэквуд прав. Впереди люк, и он определенно ведет наружу. Люк! Эта мысль рождает во мне надежду, которая подталкивает в спину. Или это Блэквуд снова подгоняет? Сквозь полотно пыли пробивается кислород, и я снова начинаю дышать. Выход уже близко. Еще чуть-чуть. Вижу свет. Неужели сейчас день? Добираюсь до люка, хватаюсь за прутья и… проглатываю разочарование. Он закрыт! По углам тлеют болты. Пробую подтолкнуть, без толку. Рев в глубине становится все громче. И что теперь делать?
– Отойди.
– Что? – чуть не задыхаюсь. – Как?
– В сторону.
Не имею понятия, как он это сделает в такой тесноте, но выбирать не приходится. Моровы приближаются. Вытягиваюсь во весь рост, упираюсь спиной в стену, пока Блэквуд пробирается к люку. Стараюсь не думать о том, что он сейчас трется о мой торс. Но дается мне это с трудом. На что только не пойдешь ради спасения. Нога давит в лодыжку, плечо упирается в ключицу. Грудь… об этом лучше вообще не думать. Просто дыши. Так близко. Вижу тончайшие детали его лица, могу разглядеть морщинки, шрамы и синяки, провалившиеся в бесконечные кратеры под глазами. Не думай об этом. Закрой глаза, досчитай до десяти и дыши. Один, два… Пытаюсь сфокусироваться. Три, четыре. Слышу, как когти царапают стены. Пять, шесть. Плечо проскальзывает по моей груди. Семь, восемь. Возглас врезается в уши копной гвоздей. Девять. Его дыхание обдает лицо холодом. Десять. Ничего не изменилось. Нервы до сих пор сдавливают горло. Когда Блэквуд так близко, любое самовнушение бессильно. В этот момент во мне поднимается желание, таящееся в глубине все это время. Его локоть копьем вонзается мне в живот.
– Можно аккуратнее?
– Потерпишь.
Желание вспыхивает, как спичка под каплей керосина. Огромное, необъятное желание толкнуть его, ударить, пихнуть или укусить. Хоть что-то, чтоб причинить ему боль. После всего, через что я прошла, он это заслужил. С огромным усилием засовываю свое желание обратно в ящик и засовываю туда, откуда оно вылезло. Не сейчас. Это ничего не даст. Усилия Блэквуда не проходят даром. После пары попыток ему все же удается выбить люк. Ловлю ртом воздух, выглядываю вниз и поражаюсь. Внизу только верхушки елей. Так высоко! Ни единого намека на землю. Мы пропали.
– Нужно прыгать.
– Что?!
Видимо, мне послышалось. Ветер совсем уши отморозил.
– Нужно прыгать.
Не послышалось. Он снова это делает, нарушает все правила и нормы. Вне всяких сомнений, сумасшедший.
– Ты в своем уме? Мы же разобьемся!
– Нет, если действовать слаженно. До дерева недалеко. Можно ухватиться.
Не знаю, что раздувает мою панику сильнее: суицидальные мысли Блэквуда или звериный рев в проходе. Что же делать, что делать?!
– Мы не допрыгнем.
– Допрыгнем.
Поражаюсь его уверенности. Мы застряли в тоннеле, кишащим тварями, на небывалой высоте. И откуда она только берется?
– Должен быть другой путь.
Он проталкивается вперед, плечи свисают с края обрыва.
– Его нет, как и времени.
Понимаю, что он прав. Рычание эхом отдается в ушах, а я никак не могу заставить себя сдвинуться с места. Внезапный порыв выталкивает меня наружу. Не успеваю даже сообразить, как Блэквуд толкает меня вперед, и мы уже летим в самое сердце бездны. Верхушки елей проносятся перед лицом сотнями заостренных стрел так быстро, что я не успеваю даже глазом моргнуть. Ветки бьют по лицу, плечу, ключице. Удар, и боль разжигает предплечье. Хлест, и я не чувствую руки. Еще удар, и все перед глазами темнеет. Я отключаюсь.