– Что в сумке? – он заглядывает в лоскут. – С едой вход в катакомбы запрещен.
– Тара… разрешила.
Он бросает взгляд на стража, тот молча кивает.
– Ладно, проходи. Чувствуй себя как дома, вряд ли ты когда-нибудь оттуда выберешься.
Молча шагаю к спуску. Темнота поглощает меня, как чернильную каплю. Внутри тихо и сыро. Запах плесени, гнилой плоти и мокрого камня. Хотя, собственно, чего еще ожидать. Это ведь темница. Шорох шагов – единственный звук на всю округу. Пытаюсь двигаться на ощупь, но нога так и норовит соскользнуть по влажному камню. Несколько минут, и на горизонте проскальзывает первый фонарь. Через четыре-пять метров еще один. Как хорошо, что они додумались установить здесь факелы! Правда света едва ли хватает, чтоб осветить руки. Но все же лучше, чем ничего. Да и с факелом я чувствую себя как-то безопаснее. Выхожу к развилке и останавливаюсь. Только сейчас понимаю, что на самом деле не знаю, куда идти. Откуда? Никто не сказал, где находится камера Блэквуда! Да и есть ли она вообще? Они сказали – катакомбы. Может, подземелье и есть тюрьма? В любом случае отступать поздно. Не нравится мне это слово. Катакомбы. Наверняка там впереди еще сотни таких развилок. Нужно что-то придумать, чтоб найти дорогу назад. Решаю отрывать по кусочку бинта с руки и оставлять возле каждого поворота. Интересно, многих ли постигла та же участь, что и Блэквуда? Подземелье явно используется падшими не один год. За сотню лет здесь могли найти покой тысячи людей. Хотя… что я несу. Это неинтересно! Совсем! Не хочу знать. Здесь только Блэквуд. Живой. От него так просто не избавишься. Мне ли не знать.
Сворачиваю направо, держу факел впереди как оружие. Сейчас кинжал Уилла пришелся бы кстати. Проход начинает сужаться или… это у меня от темноты подводят глаза? Да нет же! Стены становятся уже. Мне кажется, или они хотят меня расплющить? Воздух заметно сгущается. Очередной поворот и очередное распутье. Сколько же здесь развилок? Теперь слова охранника не кажутся пустыми: «Вряд ли ты когда-нибудь оттуда выберешься». Так темно и тесно. Стены почти касаются плеч. Чем дальше углубляюсь, тем сильнее не по себе. Какое отвратительное место. И пахнет здесь ужасно, хотя запах знакомый. Не могу вспомнить, где я его слышала. Вереница ходов все дальше уводит под землю. Бинтов на руке заметно поубавилось. Надеюсь, их хватит.
Чем ниже спускаюсь, тем сильнее угасает факел, словно чувствует приближение чего-то ужасного. Решаю заменить его на другой, но по пути факелов больше не попадается. Вместо них на стенах зияют пустые держатели. Чувствую, как волосы на голове становятся дыбом. Кто-то их снял. Вряд ли кто-то спускается сюда на экскурсию, иначе охранник не смотрел бы на меня, как на умалишенную. А значит тот, кто забрал факелы… все еще здесь. Это мог быть Блэквуд, но все же каковы шансы, что в подземелье, спускающемся в землю на глубину трех этажей, только он один? Живот сжимается от обволакивающего спину страха. Ладно, без паники. Просто продолжай идти и выйдешь на Блэквуда. Он не мог далеко уйти, а то, что у него есть факел, большой плюс. По крайней мере, ты его заметишь. Продолжаю идти, но шаги уже не такие уверенные. Огонь в факеле подпрыгивает и трясется. Через время понимаю, что это не пламя дрожит, а моя рука. Вскоре все тело пропитывается сыростью, заставляя трястись то руки, то ноги. От этого я почти не вижу куда иду.
Пытаюсь собраться с духом, но спотыкаюсь о камень и роняю факел. Мое сердце останавливается в тот момент, когда он касается земли. Готова поклясться, если бы он потух, я бы умерла на месте. Но, благо, этого не произошло, и мое сердце снова бьется. Надолго ли. С каждым шагом в воздухе все меньше кислорода. Никогда не думала, что у меня клаустрофобия. Оказывается, чтоб понять, что ты боишься закрытого пространства, достаточно оказаться в закрытом пространстве. Каковы шансы, что Блэквуд выжил в этом аду без света, еды и свежего воздуха: пятьдесят на пятьдесят, сорок на шестьдесят, десять на девяносто? Надеюсь, они все-таки у него есть. Пальцы немеют от сырости и страха. Кажется, даже огонь в факеле трепещет от витающего в воздухе ужаса и смрада. Что это за вонь? Господи. Словно испорченная еда, гнилые овощи или… «Плоть», – понимаю я. Так воняет гниющее мясо. Я точно знаю, потому что уже чувствовала этот запах в логове моровов.
С конца прохода слышен треск, словно кто-то отколол от стены камень. Замираю и даже перестаю дышать. Еще один звук, ближе. Теперь я уже не боюсь. Меня пожирает паника! Я больше не хочу здесь оставаться! Эй? Кто-нибудь? Выпустите меня! Бегу в противоположную сторону. Стены стали еще теснее. Они просто убивают меня. Нечем… дышать… Откуда я пришла? Не вижу ни бинтов, ни дороги. Ужас ломает кости одна за другой, пока я мечусь в поисках обратной дороги. Где она? Я ведь помечала поворот?! Тогда почему их нет на местах? Кто-то их убрал! Чтоб я осталась взаперти в этих гнилых стенах, так же как и заключенные, брошенные сюда умирать заживо. Кто-нибудь, выпустите меня отсюда!