– Как его зовут?
– Маневич Павел Германович. Две тысячи сто первого года рождения. Адрес постоянной регистрации…
– Зачем ты пришел сюда?
– Я пгишел к Вегховному инквизитогу. У меня для него есть ценнейшая инфогмация. Именно та, за котогую, по его же словам, меня должно ждать вознаггаждение!
– Я понял, о чем ты. – Верховный кивнул. – Расскажи мне все, что ты хотел рассказать Верховному инквизитору. И если все, что ты принес сюда, будет правдой, тебя отпустят и по достоинству наградят.
– Почему меня вообще дегжат тут и допгашивают, как обычного пгеступника?! В чем моя вина? Если даже она есть, то не тгебует ли она доказательств?
– В этих стенах действует презумпция греховности. Доказывать должен ты. Но сейчас мы не об этом. Расскажи мне все, что принес сюда.
– Я гаскажу только Вегховному инквизитогу.
– Судя по фамилии и выговору, тебя нельзя назвать глупым человеком. Но сейчас ты то ли одурел от страха, то ли не понимаешь сложившейся ситуации. Расскажешь ты все или нет, но то, что ты знаешь, частично уже известно и нам. Вопрос только во времени, которое придется потратить для сбора всей информации. Или же кто-то другой, такой же картавый, но менее глупый, чем ты, расскажет все, что ты нес Верховному и не захотел рассказать мне. И он получит вознаграждение, которого хватит на личный электрокар и отдельную квартиру рядом с Лаврой. Не говоря уже о том, что епархия поможет урегулировать любые трудности, которые могут возникнуть у обладателя такого куша.
– Хорошо! – Глаза Маневича жадно блеснули. – Я расскажу все! Я нашел ведьму!
– Кто она?
– Николаева Наталья Дмитриевна.
– Данные уже записаны? – Верховный посмотрел на вновь севшего за стол «носатого». Тот кивнул, и Верховный повернулся к Маневичу: – Доказательства?
– Ее данных нет в больнице по месту регистрации. Она никогда не обращалась к врачу, так как никогда не болела. Я сам проверял.
– Почему ты решил проверить именно ее? Ты был знаком с ней ранее? Что ты делал в больнице?
– Какая разница? Я принес вам информацию. Проверьте ее. Она подтвердится, я уверен! Какая разница, где и как я получил ее?
– Может быть, ты наговариваешь на это невинное дитя. К примеру, возжелав ее и не добившись взаимности от чистой души, задумал оклеветать и погубить ее.
– Нет! – Глаза Маневича в ужасе округлились. Он понял, что сейчас перед ним только два выхода: либо он признается в том, что убил Тавровского, и инквизиция сожжет его за убийство, либо этот «носатый» впаяет ему липовое обвинение в другом смертном грехе. И тогда он, Маневич, все равно попадет на костер ОБЗ. Мозг лихорадочно искал пути к спасению из смертельной ловушки, в которую он так глупо попал. Должен быть третий выход. Должно быть еще одно решение задачи!
Неожиданно его осенила простая и гениальная мысль.
– Хогошо. Я пгизнаюсь во всем.
– Продолжай.
– Я габотаю в этой больнице. В администгативном отделе. Вечегом я зашел к своему знакомому Тавговскому, он как раз был на смене в агхивном отделе. В это вгемя к нему поступил телефонный звонок от дежугного в кагантинном отделе одной из больниц гогода. Тавговский записал пгодиктованные им данные и попгосил меня найти документы на эту самую Николаеву. Чего я сделать не смог, ввиду их отсутствия. Вот и все.
Верховный повернулся к «носатому»:
– Девчонку уже пробили?
– Ждем сведения из больницы и отдела регистрации.
В дверь постучали, после чего она открылась и в комнату заглянул еще один безликий сотрудник ОБЗ. Он подошел к Верховному и стал что-то быстро ему говорить, показывая несколько листов бумаги.
Сидящий на стуле Маневич постарался целиком обратиться в слух, но толком разобрать ничего не смог. До него долетали только обрывки фраз: «Октябрьская», «она», «больница», «отдел». Наконец два голубка закончили ворковать, и первый, стоявший, в отличие от двух других, без этого противного клюва, повернул свое лицо к нему. За фильтром и очками было не разобрать, что там у этого выскочки на уме, но Маневич его уже не боялся. Теперь он был абсолютно уверен в том, что не просто выберется отсюда живым, но выйдет отсюда живым победителем. Эти из ОБЗ, с клювами – всего лишь пешки. Мелкие исполнители, цепные псы. На кого покажешь, тех и будут кусать. А вот этот в фильтре, скорее всего, из инквизиции епархии. И, судя по всему, жаждет подняться по их лестнице. Наверняка сам метит на роль Верховного или, как минимум, его ближайшего помощника, иначе незамедлительно доложил бы Верховному, а не сидел бы здесь, пытаясь разведать информацию и самому ею воспользоваться. Кажется, здесь зреет заговор. Вот и хорошо. Сейчас мы увидим, кто кого…