Но меняющаяся ситуация в мире заставила давних неприятелей пересмотреть свои внешнеполитические взгляды. Для этого много ума было не надо: даже неразумные твари в период засухи, как говорят, заключают водное перемирие, не убивая друг друга возле единственного источника воды. Вот и сейчас, когда плотина, получившая задолго до своего открытия название «Великое возрождение Эфиопии», наконец, заработала, наполняя водохранилище в восемьдесят кубических километров, северным соседям стало не до грызни. Лишившиеся привычного объема природных поставок воды Судан и Египет наконец-то забыли о своих разногласиях. Сперва, еще на этапе строительства ГЭС, египетские власти неоднократно взывали к различным международным сообществам, заявляя о нарушении прав и действующего законодательства. С чисто юридической точки зрения, это было абсолютной правдой. Когда-то весь этот африканский регион был колониальным владением Британской короны. Одним из законов, изданных монархией на далеком, туманном острове, было разрешение Египту накладывать запреты на любые работы в верховьях Нила. Что делало страну пирамид и его соседа – Судан единоличными властителями практически девяноста процентов вод реки. После получения Африкой независимости бывшие дела колоний теперь никого не волновали и на все изданные ранее законы Великобритания и весь остальной цивилизованный мир махнули рукой. Рабам дали свободу, теперь пусть они сами ею и распоряжаются. По прошествии времени, измотанные постоянной нехваткой воды южные соседи Судана и Египта планировали подписать договор об урегулировании вопроса по распределению жизненно необходимых водных ресурсов, но, по понятным причинам, заключение договора не состоялось. И тогда Эфиопия приняла решение о начале своего грандиозного строительства.
Воздух снова наполнился ревом легшей на боевой курс авиации. Впереди из-за линии фронта показалась новая группа вражеских самолетов, быстро приближающихся к оборонительным рубежам обоих берегов Нила. Небо прорезало множество ярких вспышек. Рядом с лейтенантом раздался оглушительный взрыв, отшвырнувший его вместе с потоком раскаленного воздуха в сторону.
Что-то едва уловимое пронеслось в небе наперерез идущему впереди «Рафалю». Египтянин бросил свою машину вниз, стараясь уйти от столкновения, но его бок окрасился расцветающим бутоном вспышки. В сторону, беспорядочно кружа, полетели части обшивки и разорванного крыла. Подбитый самолет вошел в штопор. Оставшиеся боевые машины, повинуясь приказу командира звена, мгновенно разошлись в стороны. Наперерез им стремительно приближались истребители Эфиопии и Кении.
Но всего этого умирающий старший лейтенант Тамене уже не видел.
– Двести восемьдесят второму тактическому истребительному крылу приказ возвращаться домой! – Бригадный генерал Адли Садат с остервенением швырнул трубку на аппарат. – Частям западного и южного военных округов прекратить наступление! – Он бросил злой взгляд на первого лейтенанта связи. Тот, сжавшись от испепеляющего взора командира, начал с утроенной скоростью отдавать соответствующие распоряжения, подключаясь к линиям связи необходимых войсковых соединений.
– Что происходит, господин бригадный генерал? – Военный переводчик, прикрепленный к представителю Объединенного штаба Северного Судана, перевел вопрос своего генерала.
– Передайте господину Халифе, что я получил приказ министерства обороны прекратить атаку.
Тот начал торопливо переводить стоявшей рядом с ним группе высших военных чинов республики. Садат, сохраняя на лице невозмутимое выражение, отвернулся к развернутой на столе карте местности. Будь они прокляты, эти союзники, эти эфиопы с их плотиной и весь генералитет его страны! Без него они все сидели бы до сих пор с этими никчемными мямлями из Судана, кружа вокруг да около, предлагая все новые и новые варианты, так и не приходя к единственному мнению. И, видит Аллах, сидели бы так и дальше, пока эфиопы не повернули бы рубильники на своей ГЭС. Свора выживших из ума стариков, способных лишь преподавать историю в высших военных заведениях! Ему пришлось в этот раз все сделать за них!
Это он, Садат, лично разработал план прорыва границы Эфиопии и молниеносного броска до Хидасэ. Это с его помощью политики предъявили Судану ультимативные требования, с которыми этим хитрецам пришлось считаться и принять, наконец, более активную позицию в их сотрудничестве. И не просто предоставить проход войскам Египта по их территории, но и выдвинуть в тот же район собственный внушительный военный контингент. Именно благодаря ему, бригадному генералу Адли Садату, армия за каких-то пару часов могла решить проблему, к которой оказались не готовы раскормленные на казенных хлебах бюрократы и мягкотелые политиканы.