— Льюис? — испуганно позвала Лилит, поднимаясь с земли и осматриваясь вокруг.
Она находилась в небольшой ложбине, укрытой от внешнего мира огромными деревьями с раскидистыми кронами. Ветви деревьев переплетались высоко над головой, создавая густой зелёный купол, сквозь который едва пробивался свет. Земля в ложбине была покрыта мягким ковром из мха и опавших листьев, а воздух был наполнен запахом влажной земли и лесной зелени. Рядом с ней тускло горел костёр, жар которого согревал небольшое укрытие. На костре жарился толстый кусок мяса, источая аппетитный аромат. В тишине леса слышались только тихие звуки дождя, попадающего на листья и камни, усиливая ощущение уюта и покоя. Тёплый свет костра отбрасывал танцующие тени на окружающие деревья, создавая иллюзию живого существа, охраняющего их покой.
Резкий топот и появившееся бледное лицо Льюиса нарушили спокойную атмосферу лагеря. Его впалые щеки, тёмные круги под глазами и сухие губы делали рыцаря похожим на призрака, а всё тело было перевязано окровавленными тряпками. Лилит застыла на месте, напряжённо вглядываясь в измученного парня.
— Льюис, что случилось? — резко спросила Лилит, приходя в себя.
Она быстро поднялась и подбежала к нему, собираясь обнять, но Льюис жестом остановил её.
— Прости, но мне будет больно, если ты это сделаешь, — с горечью в голосе сказал рыцарь, доставая кинжал и проверяя мясо на костре. — С тобой всё хорошо? Ты выглядела неважно после использования магических корней.
— Не уходи от вопроса! Что с тобой произошло? — настойчиво спросила Лилит, присаживаясь рядом.
— Лёгкая царапина после схватки с Вильямом. Всё будет в порядке, — попытался успокоить её Льюис, но в его голосе слышалась фальшь.
— Зачем ты лжёшь? Думаешь, я не смогу помочь? Я хорошо отдохнула, у меня достаточно сил для заклинаний! — возразила Лилит, сжав кулаки.
— Всё в порядке, Лилит. Я не хочу, чтобы ты тратила силы на меня, — отстранённо ответил Льюис, отрезав кусок мяса и положив его на плоский камень, устланный листьями. — Перекуси, и начнём тренировку.
Лилит, сдерживая эмоции, взяла кусок мяса, но не оставляла попыток убедить Льюиса позволить ей его вылечить.
— Льюис, почему ты не позволяешь мне помочь? Ты же понимаешь, что рана может оказаться смертельной? А может ты сильно ударился головой? — настаивала Лилит, пробуя мясо. — И что это вообще за мясо?
— Конина. Ничего другого не оставалось, а лошадь уже была мертва, — спокойно ответил он.
Лилит тяжело проглотила кусок мяса и на мгновение отложила его в сторону. Но понимание, что другого выбора нет, заставило её снова взять еду.
— Я понял, что слишком слаб для этой битвы, — мрачно сказал Льюис, затачивая меч, который был уже покрыт вмятинами и царапинами. — Теперь вся надежда на тебя. Я буду тренировать тебя, но не позволю тратить силы на мои раны.
— Ты дурак, Льюис! — возмутилась Лилит, крепко схватив его за лицо. — Может, я тебе глаза выдавлю или содру кожу, чтобы ты стал ещё более беспомощным и умер как можно быстрее? Как ты можешь рисковать своей жизнью ради моей мечты и спасения Талисии? Если ты умрёшь, всё потеряет смысл! Если не для тебя, то для меня, — её голос дрожал, но затем она решительно продолжила: — Сними эти тряпки и дай мне тебя вылечить, а иначе я вонжу свою руку тебе в живот и вытащу все кишки, чтобы ты понял, что иногда нужно быть эгоистом! — кричала Лилит, её глаза наполнились слезами паники и отчаяния.
Льюис посмотрел на неё, сначала отрешённо, но затем, словно решившись, улыбнулся и сказал:
— Хорошо, ты права. Но будь готова, это зрелище не для слабонервных.
С этими словами он начал снимать прилипшие к телу окровавленные тряпки, показывая Лилит всю тяжесть своих ран. Рана выглядела ещё хуже, чем она могла себе представить: сломанное ребро торчало из туловища, окропляя землю кровью, а влажные части плоти, словно глина отклеивалось от бинтов. Ведьма испуганно ахнула, прикрыв рот рукой, её тут же начал подступать рвотный рефлекс.