Разогнав народ, Лилит остановила уставших лошадей и принялась помогать разбирать ящики, открывая содержимое. С испугом смотревший народ сразу же повалился к ним, и началось бурное обсуждение, заглушающее остальные звуки. Запах пота и грязи ещё сильнее ударил в нос, и поднимать взгляд на удивленную толпу не хотелось.
— Слушайте, слушайте, дамы и господа! — начал взывать Льюис, залезая на один из больших ящиков. — Только сегодня, я со своей группой спасителей, хотим помочь вам! В этих ящиках, вынесенных из одного из складов купца, лежит всё нужное вам! Еда, одежда, инструменты и ещё множество всего полезного!
После сказанного парнем Лилит заметила, как несколько людей из толпы, одетых лучше прочих, начали выбираться из толпы, убегая в сторону складского района. На лице у неё появилась приятная улыбка, а Льюис продолжал кричать, заглушая голоса горожан.
— Мы раздадим это всем нуждающимся, всем несчастным и повидавшим боль! Попрошу вас встать в несколько очередей и не вырываться вперёд, времени мало, а вас много! — осуждающе проговорил Льюис и с надеждой глянул на затихшую толпу.
На удивление всё происходило просто. Люди послушно ожидали свою очередь и благодарили за полученное так громко, что слышалось по всему городу. Лилит продолжала раздавать вещи из ящиков, наблюдая за тем, как улыбки возвращаются на лица тех, кто давно не знал радости. Особенно её тронули дети, которые, получив игрушки и сладости, радостно прыгали и бегали вокруг. Одной женщине она помогла выбрать тёплое пальто, а старому мужчине — новые сапоги взамен изношенных. В это время Льюис не уставал подбадривать людей и контролировать порядок. Он чувствовал себя героем, хотя понимал, что это только капля в море нужд.
— О, деточки, Святые нам вас послали, — начала благодарить Лилит старуха, крепко пожимая руку девушке. — Мне-то уже скоро на покой, а внукам ещё пожить надо. Буду молиться за вас всей душой!
— Спасибо, спасибо, будьте аккуратней! — улыбалась ведьма, наконец почувствовав себя хорошо за долгое время.
К каждому подошедшему бедолаге группа давала немного монет вместе с вещами. Шкатулка стояла рядом, прикрытая, поэтому за неё можно было не переживать. Однако всё же нашёлся один смельчак, который медленно, но уверенно пробирался к углу, где стояла шкатулка. Никто не обращал на него внимания, помогая жителям и слушая добрые пожелания. Случайно повернув голову в сторону шкатулки, Лилит тут же увидела силуэт, закрытый плащом, который тянул свои руки к коробке. Резко схватив его за кисть, девушка сильно сжала конечность и окропила руку вора огнём, отчего тот болезненно отскочил назад. Капюшон спал с его головы, и перед девушкой предстал опрятный мужчина с хорошей стрижкой и мастерски подстриженными усами. Его чистая и дорогая одежда запачкалась в грязи и дерьме, оставленном лошадью. Лицо его покраснело от злости, и, не успев встать, мужчина принялся громко кричать, словно русалка, приманивающая к себе новую жертву.
— Она ведьма, чёртовая ведьма! — встав, он начал показывать всем обгоревшую руку, которая болезненно пульсировала. — Эта сука чуть не убила меня! Люди, они же ироды, которые хотят замылить вам глаза! Кто в здравом уме, без какой-либо выгоды, раздавал бы вещи и деньги? Подумайте, народ, и…
— Заткнись, падла! — выкрикнул Льюис и медленно подошёл к вору, обнажая свой острый меч, который блестел в лучах утреннего солнца. В его глазах горел огонь ярости. — Думаешь, я не смогу понять, кто ты? Жадная тварь, немедленно извинись перед девушкой, или я тебе яйца отрежу! — рычал рыцарь, прислоняя холодное лезвие к горлу мужчины. На лбу вора выступили капли пота, которые смешались с грязью на его лице.
— За что? За то, что эта сука меня чуть не убила? — продолжал огрызаться вор, судорожно глотая воздух. Его голос дрожал, но он пытался сохранить наглое выражение лица.
— Люди, поймите же, что он тот, из-за кого вы в такой ситуации! — спрятав меч, Льюис начал громко обращаться к народу, пытаясь их переубедить. Его голос звучал твёрдо и уверенно, эхом разносясь по площади. — По нему же видно, что он из богатого района, а вы ведь знаете, кто там живёт! Эта девушка и вправду колдунья, но я, как Сэр Льюис Фердинальд, даю вам слово, что она не причинит вам вреда! — рыцарь затих и посмотрел на толпу, его взгляд был пронизывающим и полным решимости.