— О, кого я вижу! — вдруг раздался весёлый, но сразу пугающий голос Мержинского.
— Вспомни про говно, вот и оно, — шепотом проговорила Лилит, нагнувшись к беспокойному рыцарю. Пара тут же начала смеяться, позабыв о короле. Он также резко подошёл к ним, как и выкрикнул, начав смеяться вместе с ними. Льюиса такой поступок напугал ещё больше, и парень сразу затих.
— Простите, Ваше Величество, не заметили Вас! — сразу извинился рыцарь, боясь посмотреть в глаза короля. — Не желаете вина?
— Спасибо, Льюис! — согласился Мержинский, забирая бокал вина. — Я рад, что вы двое пришли, ещё и Пьер потрудился, как следует!
— Спасибо, Ваше Величество, — поклонился королю рыцарь, пытаясь скрыть нервозность за вежливой улыбкой.
— А ты как, Лилит? Всё ли тебе нравится в моём королевстве? — дружелюбно спросил Гангрен, подойдя ближе к застывшей на месте ведьме.
Трясясь и чувствуя холодок по спине, Лилит крепко сжала кулак и выдавила из себя дрожащий голосок:
— Всё чудесно, Ваше Величество! Вы хорошо потрудились, спасибо за приглашение! — весело проговорила девушка, косо поглядывая на испуганного Льюиса.
— Спасибо, теперь я рад ещё больше, — широко улыбаясь, проговорил Мержинский и подошёл ещё ближе к Лилит. Его глаза сверлили её, словно пытаясь проникнуть в самую душу. Он снова пытался её пленить, но девушка продолжала смотреть то на Льюиса, то себе под ноги. Нагнувшись к ведьме, он прикусил губу, и Лилит показалось, что король нюхает её волосы, и вот сейчас набросится, но он всё также просто играл с ней.
Спустя напряженную минуту, Мержинский резко отошёл назад, радостно засмеялся и вернул бокал из под вина на стол, напоследок посмотрев в метущащиеся глаза ведьмы.
— Не буду вам больше мешать, веселитесь! — махнув рукой, словно приказывая, сказал король и резко отвернулся, зайдя в толпу гостей. Но вдруг из толпы, тут же раздался его строгий голос, будто он стоит совсем рядом, — Скоро выступление Пьера, не пропустите!
Эта встреча очередной раз оставила неприятное послевкусие. Хотелось убежать, прорыгаться и сжечь этот чёртов замок, убедившись, что его владелец сгорит вместе с ним.
— Это было напряженно… — выдохнул Льюис, пытаясь приободрить Лилит. — Главное, что он ушёл, можно и передохнуть, — сразу повеселел рыцарь, чувствуя, как напряжение постепенно уходит.
— Я думала сейчас сердце остановится… Почему… почему он такой страшный? — испуганно спрашивала Лилит, оперевшись руками на стол и нервно дыша.
С глаз начали появляться маленькие слезинки. Рыцарь тут же подошёл к ней и обнял, надеясь, что она успокоится. Его объятие было тёплым и успокаивающим, словно защищая её от всех страхов.
— Не переживай, Лилит, если он до сих пор ничего не сделал, то и не сможет сделать. Просто пугает, зная, что мы боимся его, — рассерженно проговорил парень, доставая из кармана платочек. — Вот, успокойся и вытри глаза. Мы сейчас празднуем, а не плачем. Хорошо? — мягко улыбаясь, сказал Льюис, подавая ей платок.
Лилит приняла платок, и тёплая улыбка Льюиса помогла ей почувствовать себя немного лучше. Быстро вытерев слёзы, Лилит с каждой секундой становилось спокойнее и легче. Льюис всё так же был рядом и поддерживал её, его присутствие придавало уверенности.
— Лучше? — спросил рыцарь, подавая девушке бокал кристально чистой воды.
Лилит подняла глаза на Льюиса, улыбнулась ему в ответ и отказалась от воды.
— Раз мы празднуем, то пить нужно не воду! — весело проговорила ведьма, возвращая платочек парню. — Неси что-то покрепче, после такого нужно выпить, и немало!
Льюис тут же развеселился и подал девушке бокал вина с ярко выраженным запахом и цветом апельсина.
Выпивая приятные напитки, Лилит почувствовала успокоение на душе. Алкоголь начал действовать, и с Льюисом за лёгкими разговорами и смешками над всеми на балу, время шло быстрее. Она не заметила, сколько выпила.
— О, Лилит, посмотри на парня в бурых больших штанах. Это Николай, мой старый друг. Такой же благородный рыцарь, но дурачок ещё тот, — смеясь рассказывал Льюис, показывая пальцем на большого мужчину в бархатных штанах.
Выглядел он забавно, но под алкоголем и вовсе был смешон. Штаны Николая постоянно сползали, и ему приходилось одной рукой держать их, второй — бокал, при этом дружелюбно улыбаться и разговаривать с остальными. Нервничая, он ходил туда-сюда, пытаясь поправить и подтянуть их, пару раз не упав.