— Без ДНК ты не сможешь получить даже цента из наследства, — заметил Майло, лениво прокручивая в пальцах нож.
Патрик усмехнулся уголком губ.
— Зато я смогу продолжать ходить по интервью.
— По жёлтым газетам и скандальным шоу, — Каролина подняла бровь. — Но совсем скоро даже они потеряют к тебе интерес, лже-Леклер.
— Какая у вас… оригинальная манера общения с родственниками, — протянул Патрик. — Если хотите, чтобы я сдал этот тест, придётся заплатить. Всё просто.
— Заплатить? — Каролина чуть наклонила голову, и в её голосе прорезалась тихая насмешка. — Паразитирующий червь, вроде тебя, ничего не получит от нашей семьи, пока не докажет, что в его жилах течёт наша кровь.
Патрик криво усмехнулся, но в глазах мелькнула злость.
— Вы боитесь, что я действительно окажусь вашим дядей.
Каролина откинулась на спинку кресла и, не мигая, уставилась на него.
— Возможно. Но даже если это так, твоё место в этой семье — под большим вопросом.
Ужин подошёл к концу. Когда Патрик поднялся из-за стола, Каролина жестом позвала охрану.
— Отведите нашего гостя на ночлег… в старые конюшни.
Патрик резко обернулся.
— Что?
— Шутка, — она улыбнулась слишком зловеще, чтобы это было добром. — Выделите ему комнату в доме. Без ценных предметов. Возможно, клептомания — это наследственное.
— Не зря в СМИ пишут, что ты стерва, — процедил Патрик.
— Да, — холодно кивнула Каролина. Патрик заметно напрягся, — И я вышвырну тебя из дома, как только получу результаты теста, — добавила она почти ласково.
Она обернулась к Арно:
— Арно, положи чашку этого кретина в пакет и отдай на анализ. Завтра мы узнаем, насколько Патрик наш родственник.
— И насколько сильно дедушка был честен перед бабушкой, — тихо вставила Элиан, не поднимая глаз от тарелки.
Патрик резко повернулся к ней. Его взгляд был тёмным, тяжёлым, как грозовая туча.
— Вы все здесь — сумасшедшие. Эгоцентричные богачи, думающие, что можете распоряжаться чужими судьбами, размахивая бумажками и разбрасываясь золотом, — произнёс он, и в его голосе было больше яда, чем в словах.
Каролина встала из-за стола, откинув салфетку, как королева, которой надоело сидеть с просящими милостыню.
— Отведите его, — сказала она, и охрана бесшумно подошла, предлагая Патрику проследовать в коридор.
Он ушёл, но в шаге его было что-то угрожающее, почти волчье. Элиан невольно проследила за ним взглядом — и впервые подумала, что в этой истории может быть намного больше, чем они все хотят признать. Она не успела осмыслить происходящее, как к ней подошёл Майло.
— Каролина сегодня в ударе, — сказал он с усмешкой на губах.
— Она превращается в львицу, когда дело касается репутации нашей семьи, — тихо ответила Элиан.
○○○
Комната Каролины погрузилась в мягкий полумрак. Только холодный свет из окна ложился на пол длинными серебристыми полосами, а за стеклом, далеко в лесу, недвижно застыло зимнее озеро — ровное, как зеркало, под тяжёлым сводом облаков. На его поверхности отражались редкие фонари вдоль аллеи, и от этого казалось, будто в воде горят крошечные огоньки, медленно тающие в тишине.
Каролина стояла на балконе, обхватив себя руками, и вдыхала морозный воздух. Он щекотал ноздри и казался пронзительно чистым — настолько, что хотелось задержать дыхание, чтобы не спугнуть это ощущение. Под её ногами скрипел снег, налетевший на плитку балкона, а внизу, у подножия виллы, застыли ветви деревьев, чьи тени падали на снег, будто тонкие чёрные трещины.
Мысли текли медленно, вязко, но при этом остро. Завтра всё станет ясно. Завтра они узнают, лжец ли Патрик или… что-то гораздо хуже. Сейчас он казался ей насекомым, жучком, который, лишившись добычи, начнёт искать новую трещину в стене, чтобы пролезть. Но что, если он действительно их родственник? Тогда они будут вынуждены считаться с ним — а значит, он получит право не просто присутствовать в их доме, но и влиять на дела семьи.
В её голове тут же всплыл образ деда, молчаливого и твёрдого, и бабушки, которая всегда умела держать лицо даже в самые скандальные времена. Что бы они сделали? Скорее всего, не сомневались бы в своей правоте. А вот Каролина… впервые за долгое время чувствовала, что завтра может оказаться день, когда она потеряет часть своей власти.
Сделав ещё один глоток ледяного воздуха, она вернулась в комнату.
Тёплый свет настольной лампы мягко разлил тепло по стенам. Всё в комнате было привычным: аккуратно сложенное платье на кресле, телефон на тумбочке, флакон снотворного на полке. Каролина машинально налила в высокий стакан воды, достала таблетку, бросила её внутрь и смотрела, как она медленно растворяется, окрашивая воду едва заметным молочным оттенком.