У дальней оранжереи собрались четверо: Майло, Элиан, Селин и Томас. Их лица были подсвечены мягким светом фонарей, и напряжение между ними словно вибрировало в воздухе.
— Я всегда знала, что Леклеры притягивают проблемы, — первой нарушила молчание Селин, скрестив руки на груди. В её голосе прозвучала привычная ирония, но в глазах было заметно беспокойство. — Но сегодня… Я будто смотрю старый английский детектив. Осталось только миссис Марпл в саду отыскать.
Элиан резко повернулась к ней, и на её лице дрожала искренняя тревога:
— Это не смешно, Селин. Здесь умер человек. Умерла наша кузина.
Селин пожала плечами и отвела взгляд, но её пальцы нервно теребили браслет, и это выдавало куда больше, чем слова.
— Не знаю, — проговорила она чуть тише, — а по-моему, всё это даже… забавно. Если смотреть со стороны.
— Со стороны? — тихо, но жёстко повторила Элиан. — Мы внутри этого кошмара.
Томас вмешался, стараясь сгладить острые углы. Его голос был мягким, но тревожным:
— Да… Я немного не так хотел познакомиться с твоей семьёй, — обратился он к Элиан с натянутой улыбкой, в которой угадывалась растерянность. — Вся эта ситуация… Это ужасно.
Элиан посмотрела на него долгим, почти благодарным взглядом, но ничего не ответила.
Майло, всё это время молчавший, поднял глаза. Его взгляд был серьёзен, и голос прозвучал низко, с оттенком гнева:
— Но ужаснее всего Каролине.
Все замолчали. Даже Селин не нашла, что возразить. Они все видели её неподвижную фигуру среди толпы, её лицо, хранящее ледяное спокойствие, за которым угадывалась внутренняя буря.
Тем временем Джеймсон сделал шаг вперёд и позвал первым:
— Мадам Элен Леклер.
Толпа зашевелилась. Элен сделала театральный жест рукой, прижимая к груди кружевной платок, и двинулась к центру сада, где уже был организован импровизированный «допросный круг».
— Вы обвиняли племянницу вслух, — напомнил ей Джеймсон. — Прошу объяснить, на чём основаны ваши подозрения.
Элен вздохнула, и в её голосе смешались скорбь и яд:
— Она всегда была холодной. Всегда держалась особняком. А теперь отравлено пирожное, приготовленное для неё. Совпадение? Возможно. Но мне кажется, что у Каролины есть свои причины желать чужой смерти.
Толпа зашепталась вновь. Джеймсон, однако, прервал её поток слов:
— Вы видели, как именно пирожное оказалось у вашей внучки?
— Нет, — резко ответила Элен. — Но, похоже, что Каролина отказалась, а Велина взяла.
— Значит, ваша племянница даже не притронулась к нему, — подчеркнул Джеймсон. — Но яд всё же оказался в десерте, верно?
— Конечно!
Элен осеклась, но потом процедила:
— Она должна была знать.
Гул в толпе усилился, но Джеймсон коротко кивнул помощнику, и тот записал слова.
— Достаточно. Спасибо, мадам. Мы продолжим позже.
Элен гордо вскинула голову и вернулась на своё место, наслаждаясь шёпотом за спиной.
— Следующий — мсье Майло Девенхарт.
Майло шагнул вперёд уверенно, но его лицо оставалось жёстким. В отличие от Элен, он не пытался играть на публику.
— Ваше отношение к происходящему? — спросил Джеймсон.
— Мы сейчас серьёзно это обсуждаем? — Майло говорил чётко, не подбирая слов, — яд предназначался Каролине. А значит, обвинять её бессмысленно.
Толпа зашумела громче. Несколько человек обернулись в её сторону, и впервые взгляд Каролины пересёкся с Майло. На миг её глаза дрогнули, словно в них проскользнула благодарность.
— Почему вы так считаете? — уточнил Джеймсон.
— Потому что логика подсказывает, — ответил Майло. — Если яд был в десерте для невесты, значит, убийца планировал её смерть.
Слова эти повисли в воздухе, и их вес ощутили все.
— Запишите, — кивнул Джеймсон помощнику. — Следующая — мадемуазель Селин.
Селин подошла легко, с иронией во взгляде, но её руки дрожали, хоть она и старалась это скрыть.
— Что скажете вы?
— Я скажу… — она задумалась и вдруг усмехнулась, — что всё это похоже на спектакль. И что у каждого здесь есть свой мотив. Даже у меня, — добавила она, словно нарочно провоцируя.
Толпа ахнула.
— Но я не травлю людей в вечер помолвок, — её усмешка дрогнула, и стало ясно: это защита.
Джеймсон, не меняя выражения лица, отрезал:
— Спасибо. Весьма содержательно.
Наконец он вызвал Томаса. Молодой человек выглядел потерянным, и его голос дрожал:
— Я… ничего не видел. Я был рядом с Элиан, и мы только услышали крик.
— Но вы заметили что-то необычное до этого?