Теперь остались только мы вдвоём. Я и он.
Командир, видимо, понял, что остался один. Он ловко отпрыгнул в сторону, уходя от удара когтистой лапы зверя, и резко развернулся, выставляя перед собой свой силовой клинок. Он увидел меня. И в тот же миг бронированный медведь, израненный, но всё ещё живой и яростный, снова ринулся на него.
Командир был хорош, этого не отнять. Он увернулся, и его клинок со свистом вошёл зверю под лопатку, в одно из немногих уязвимых мест. Монстр взревел от боли, развернулся и со всей силы ударил лапой. Золотого воина отшвырнуло, как кеглю в боулинге. Он с грохотом врезался в скалу и затих.
Зверь, тяжело дыша и истекая тёмной кровью, постоял над ним секунду, а затем, видимо, решив, что угроза миновала, развернулся и, хромая, побрёл прочь, обратно к своему логову.
Я медленно подошёл к золотой фигуре, которая неподвижно лежала у скалы. Он был жив. Его дорогая броня выдержала удар. Он начал шевелиться, пытаясь встать.
— Неплохой бой, — сказал я, подходя вплотную и глядя на него сверху вниз.
Он резко вскинул голову. Его клинок метнулся ко мне, но я легко отбил удар. Он был ранен и слаб.
— Кто ты? — прохрипел он из-под шлема.
— Твой худший кошмар, — ответил я и ударил его рукоятью ножа по шлему.
Он обмяк и затих.
Я стоял посреди поляны, усеянной трупами и обломками дорогой брони, и тяжело дышал. Я был измотан, ранен, но я победил. Я выжил. Снова.
Я посмотрел в ту сторону, куда вёл меня тот таинственный зов. Охота на охотника закончилась. Пора было продолжить мою собственную охоту.
Глава 20
Я не крался. Не пытался быть тенью.
Я просто бежал. Бежал, как загнанный зверь, ломая сухие ветки под ногами и оставляя за собой такой след, что его заметил бы даже слепой. Я больше не прятал свою энергию. Наоборот, я позволил ей пылать, превратившись в яркий маяк посреди этих чёртовых джунглей. Я был приманкой. И вёл за собой стаю волков прямо в пасть к их хозяину.
«ЛЕКС, это чистое безумие, — голос И в моей голове звучал так, будто она вот-вот сорвётся на крик. — Твоя тактика граничит с самоубийством. Они в пятистах метрах. Их пятеро, все — бойцы элитного класса. Твои шансы выжить в открытом столкновешении… они стремятся к нулю!»
— А кто сказал, что бой будет открытым? — прохрипел я, с трудом переводя дыхание. Лёгкие горели. — Бой будет очень тесным. И очень, очень коротким.
Я нашёл это место ещё полчаса назад, когда только понял, что меня ведут. Узкое ущелье, настоящий каменный мешок. Скалы, гладкие и отвесные, уходили в небо, а внизу оставалась лишь узкая тропинка, усыпанная острыми, как бритва, камнями. Идеальная ловушка. Я специально оставил там мощный энергетический след, чтобы они клюнули, а сам забрался на скалистый карниз, нависавший прямо над входом в ущелье.
Теперь я ждал. С помощью «Мимикрии» я буквально слился с холодной поверхностью скалы. Моё тело стало таким же твёрдым и неподвижным. Дыхание — ровным и почти беззвучным. Сердце отбивало тяжёлые, медленные удары, будто похоронный колокол. Наконец, внизу показались они. Пять фигур в ночи. Четверо в стандартной матово-чёрной броне и их командир, чьи доспехи сияли золотом даже в этой темноте. Они двигались осторожно, их сканеры шарили по ущелью, но они уже были в моей ловушке.
— Сигнал максимальный. Он где-то здесь, — голос командира в золотом доспехе был искажён шлемом, но в нём слышалась сталь. — Засел, как крыса. Окружить. Хозяйка приказала взять его живым.
Они сделали ещё несколько шагов и оказались прямо подо мной. В самой узкой части ущелья. Ну что ж, пора начинать представление.
Я прижал ладони к скале. Я не просто коснулся её. Я почувствовал её суть. Каждую трещинку, каждый кристалл, каждую песчинку. Я закрыл глаза и отдал мысленный приказ.
Скала над ними застонала. Сначала вниз посыпались мелкие камешки, а потом огромный кусок утёса, на котором я сидел, с оглушительным треском отделился от основной породы.
— Обвал! — успел крикнуть кто-то из них.
Слишком поздно. Тонны камней с грохотом, от которого заложило уши, рухнули вниз. Я слышал их короткие, оборвавшиеся крики, скрежет ломающегося металла и тошнотворный хруст костей. Когда пыль немного осела, я увидел, что внизу, среди груды камней, остались только двое. Один из чёрных гвардейцев, которому повезло стоять с краю, и их золотой командир. Он стоял целый и невредимый, окружённый мерцающим силовым полем, которое потрескивало от перегрузки.
Я спрыгнул вниз. Приземлился легко, как кошка, почти не издав шума.