Я хмыкнул:
— Аргумент. В таком случае я, пожалуй, буду не против принять участие в этой «программе подготовки кадров». Сугубо для общего развития.
— Прекрасно, — Белль обворожительно улыбнулась. — Я свяжусь с тобой в ближайшие дни и сообщу, когда всё будет готово.
Она плавно поднялась, оправила платье и, бросив в сторону Димы быстрый, но цепкий взгляд, направилась обратно к площадке.
«Расчётлива, умна, и непонятно, чего добивается. Решила „за компанию“ с Алисией подобрать парочку более-менее талантливых простолюдинов? По логике „что один, что десять — для репутации всё едино“? И всё это в первый же день. Если так, то мне стоить признать одну вещь: я недооценивал местную молодёжь… или, по крайней мере, самородки среди серого множества».
— Ты ведь понимаешь, — негромко произнесла Эльза, — что это ещё один способ втянуть тебя в какую-то интригу? Или просто навести мосты для дальнейшего взаимодействия?
— Понимаю, — я вздохнул. — Но мосты эти могут понадобиться и мне. Ты не понаслышке знаешь, в каком состоянии пребывают все мои личные связи. Ну и подсобить талантливым простолюдинам лишним не будет.
— Ты любишь нянчиться с беспомощными людьми. Я уже об этом, кажется, говорила, — вздохнула Эльза театрально, но с отчётливо читающимся смирением.
— И ты была права, — я улыбнулся.
— Пф-ф. Я всегда права, Лекс.
А в зале тем временем наметился спад активности. Виктор, успевший провести ещё пару спаррингов со случайными оппонентами, вернул рапиру на стойку. Лиза и Дима, взъерошенные и довольные, тоже закончили, как следует отхватив от местных старожилов. Но цепочка поражений, кажется, их только раззадорила.
— Ну что, — Дима подошёл к нам первым, вытирая лоб платком. — Как мы смотрелись? Достаточно грозно, или как детский сад на свободном выгуле?
— Ты слишком широко замахиваешься, — ответил я. — Сабля — не дубина, ей рубят, а не бьют. А Лиза слишком часто раскрывается.
Громов моргнул. Потом улыбнулся предвкушающе:
— Серьёзно? Ты фехтуешь?
— Немного, — я пожал плечами, встав с лавки и подав руку Эльзе. Та грациозно вложила в мою ладонь свою, поднявшись. — Если ты намекаешь на спарринг, то только после разрешения моего лечащего врача.
— Две-три недели, — незамедлительно вторила мне Эльза. — И то не факт.
Мы обменялись взглядами. Эльза смотрела непоколебимо, Дима — задумчиво, Элизабет— возмущённо.
— Договорились, — Громов протянул руку, которую я тут же пожал. — Через две-три-четыре недели, Лекс. Я запомнил.
— За «часто раскрываюсь» ты у меня ответишь, Лекс, — добавила Лиза скрестив руки на груди. — Где это видано, чтобы меня, Громову, Лазарь отчитывал⁈
— Где-где, — я хмыкнул. — В конюшне. Бывшей.
Мы покинули зал к моменту, когда время близилось к полудню, и наша компания быстро, но уверенно разбежалась, кто куда. Дима и Лиза двинулись в город — их ждали родственники. Виктор отправился дальше прятаться от неумолимой и вездесущей поклонницы.
Ну а Эльзу я проводил до центрального крыла, где у неё вот-вот должны были начаться занятия с обожаемой наставницей.
— Искренне надеюсь, что ты изучил расписание на завтра, Лекс, — улыбнулась она, обернувшись и задрав голову так, чтобы смотреть мне в лицо. — Потому что опоздание в первый же день — это что-то непростительное.
— Я и не планировал опаздывать…
— Посмотрим. Я рассчитываю успеть проверить твою руку перед первым занятием, потому что в медпункт с утра мне никак не успеть. Учти это, пожалуйста, — бросила девушка перед тем, как развернуться и двинуться к массивным дверям центрального крыла.
— Постараюсь, — я кивнул ей вслед, дождался, пока Эльза Шталь скроется из виду, и только тогда развернулся.
Список приоритетов на сегодня уже выстроился в голове, а расписание зафиксировалось вплоть до минут: несмотря на то, что Дамоклов меч имени вступительных экзаменов надо мной больше не висел, любопытство и жажда знаний толкали меня вперёд.
«Лександр Лазарь» — подумал я, сунув руки в карманы и обратив взор к небу, в котором уже не было никаких цеппелинов с огромными орудиями. — «Будущий столп Империи, наставник для простолюдинов, друг наследного принца, кавалер рыжеволосой аристократки и просто отличный парень. Звучит как начало какой-то абсурдной легенды, честное слово…».
Но вот в чём я был уверен, так это в том, что своё первое-первое августа в этом странном, помешанном на всём первом мире я запомню навсегда.