— А теперь, Александра, если вы хотите действительно почувствовать атмосферу Дрейкс-Пойнт, вы должны попробовать мои семечки. — Она провела Лекси к столу, сплошь уставленному плетеными корзинками с жареными семечками в пластиковых пакетах. В каждой корзине был свой сорт, о чем оповещали таблички: «Корица», «Чеснок», «Кунжут».
Лекси припомнились блондинки-клоны, истекающие слюной при виде Сэма Уорта.
— Вы знаете, что в семенах тыквы полно цинка? Микроэлементы очень полезны для стимуляции обоняния, вкуса и осязания.
— Мне стоит повесить на них предупреждающую табличку? — со смехом спросила Мег, и Лекси тоже засмеялась, но при этом подумала, что надо расспросить Фло, нет ли чего между этой Мег и Сэмом Уортом.
Лекси купила мешочек семечек с корицей, просто для того, чтобы поддержать местный бизнес, а не потому, что ее беспокоила нехватка цинка в организме. В тот момент, когда она положила деньги на прилавок, дверь магазина широко распахнулась и вошел мужчина с мешком кофе на плече. Ему было около тридцати, он был худым и, возможно, из-за взъерошенных волос, суточной щетины и темных глаз, казался злым. Джинсы и футболка его были в пятнах. Он походил на Джонни Деппа не в самой лучшей форме. Да, далеко не в лучшей. Они с Мег обменялись такими взглядами, что сомнений не оставалось — между ними что-то было.
— Чарли Битон. Александра Кларк, новая хозяйка гостиницы.
Чарли Битон даже не взглянул на Лекси. Не слишком они тут, в Дрейкс-Пойнт, дружелюбные.
Мег повернула ключи в кассе, и выдвижной ящик открылся.
— Что ты тут делаешь, Чарли?
— Твой отец приказал мне поджарить кофейные зерна, вот я и собрался жарить.
— Ты видишь, у нас хватает кофе. Поджаришь в пятницу.
Чарли бросил на Мег злобный взгляд.
— Отлично, — сказал он и швырнул мешок с кофе на пол так, что поднялся столб пыли. — До пятницы.
— Всего хорошего. — Мег повернулась к Лекси, чтобы отдать сдачу, и Лекси едва не выронила мелочь, перехватив взгляд Чарли в сторону Мег в тот момент, когда она не могла его видеть. В глазах его были тоска и невыносимое томление. Затем он вышел, хлопнув за собой дверью.
Мег Салливан замерла, да и самой Лекси потребовалось какое-то время, чтобы отойти от переживаний, неизбежных, когда случайно заглядываешь кому-то в душу. Лекси начала говорить нарочито спокойно — рассказывать о том, что ждет Джейн и Джеки, которые должны приехать в пятницу, чтобы написать о гостинице. На самом деле она просто тянула время, давая Мег возможность прийти в себя.
— Я хочу, чтобы гостиница оставила у них ощущение чего-то роскошного, чего-то очень дорогого.
Мег Салливан вернулась на землю.
— Дрейкс-Пойнт и роскошь. Это две вещи несовместные.
Лекси покачала головой:
— Эти женщины желают, чтобы их баловали, и готовы тратить на это деньги.
Мег пожала плечами. Она открыла крышку керамической банки, и оттуда заструился густой сладковатый запах.
— Попробуйте малагви. Мы привозим его со склада, что по ту сторону горы.
— Малагви? Да он же на вес золота.
Мег улыбнулась:
— Хотите, чтобы у вас гостинице был этот сорт? Могу доставить вам с пылу с жару.
Лекси аж задохнулась от восторга.
— Ну конечно, хочу!
— У нас также имеется замечательная грязь из серных источников к северу от города. — Мег повела ее в другой отдел, с полками, уставленными аспирином и средствами от простуды. Но, кроме обычных лекарств, там было и ароматное, вручную сделанное мыло, экзотические шампуни и склянки с грязью. Грязь на вид походила на машинное масло.
Мег заметила скептическое выражение на лице Лекси.
— В этой грязи есть планктон, который запускает механизм омолаживания кожи. Дон Расселл считает, что для сохранения молодости нет лучше средства, чем принимать ванны с такой грязью.
Геотермальные источники! Теперь понятно, почему у женщин из клуба любительниц чтения такая хорошая кожа. Поход к источникам был бы прекрасной прогулкой для Джейн и Джеки.
— Омолаживающие источники? Они далеко?
— Да нет, сразу за бухтой. Через скалы к ним ведет тропинка.
— Из гостиницы туда можно пройти?
— В отлив можно. Займет пятнадцать минут.
Итак, идеи дали ростки. Спа-план начал срабатывать.
— Есть ли в городе кто-то, кто умел бы делать массаж?
Мег подняла обе руки и пошевелила пальцами:
— Волшебные пальцы Мег Салливан всегда к вашим услугам.
Лекси улыбнулась:
— Отлично.
Следующие четверть часа ушли на то, чтобы из груды старых вещей, выставленных на продажу, откопать серьги с агатом, парижские платки и антикварные шелковые расшитые бисером сумочки. Немного целлофана, немного бледно-зеленой ленты и мишуры, и для грязи, богатой планктоном, получилась новая упаковка. Еще Лекси отобрала несколько упаковок с ручной работы мылом и кофе. Торговля у Мег сегодня шла удачно. Последний вопрос, который Лекси задала хозяйке магазина, был о местных художниках.
— Я бы хотела в столовой повесить работу какого-то здешнего живописца.
Мег глубоко вздохнула, прежде чем сказать:
— Чарли Битон. Он рисует.
— Грузчик рисует? Мег кивнула.
— Впечатляет.
— Да уж. — Мег улыбнулась и дала Лекси сдачу. — У него студия в садовом домике. Вы видели желтый дом с гитарами из туалетных сидений?
Лекси видела.
— Что он рисует?
— Пейзажи. Красиво рисует. Он… Александра, вы можете его попросить, но вообще-то он всем подряд свои работы не показывает.
— Почему?
— У него есть некоторый опыт общения с художественными салонами в городе. После этого общения он и создал инсталляцию с туалетными принадлежностями. Он считает, что его карьера спущена в унитаз.
— Да, я так и подумала, что за всем этим стоит какая-то концепция. Но я все равно попробую.
— Желаю удачи.
Золотистый ретривер поджидал ее у выхода из магазина.
— И что мне с тобой делать, пес? — спросила она его.
Пес отвернулся.
Когда Лекси открыла калитку желтого дома с концептуально оформленным садом, ретривер проследовал мимо нее, задев ее юбки.
— Эй, пес! — позвала она его.
Он поднялся на верхнюю ступеньку поросшей травой расшатанной лесенки, ведущей на веранду с туалетными сиденьями, и принялся лаять. Лекси попыталась уговорить его перестать, но безрезультатно. Появился Чарли Битон, мрачный и измазанный краской, с паяльником в руке и наушниками на шее.
— Чего вы хотите? — Он опустил паяльник на пол и снял рукавицы для сварки. Теперь Лекси поняла, что собака оказалась ей в помощь.
— Я хотела у вас спросить, не позволите ли вы повесить несколько ваших работ в гостинице в эти выходные. Вы можете назначить за свои работы цену, если хотите, а не хотите — не надо.
— Вы даже не видели еще мои работы.
— Мне бы хотелось на них посмотреть. — Ретривер подошел и сел рядом с Лекси, будто он был самым послушным псом на свете.
Очевидно, она задела какую-то чувствительную струну в обиженной душе Чарли Битона.
— Конечно, почему бы нет. — Он отступил, пропуская ее вперед, распахнул стеклянную дверь, и Лекси поднялась на веранду. Дом был тих и мрачен. Лекси заметила лишь, что там было много старых стульев, сундуков и половиков. Затем они оказались в большой комнате с высокими потолками и со сплошной стеклянной стеной, выходящей на юг. В комнате пахло краской и растворителем. Над газовой горелкой висели пустые кастрюли. Холсты в подрамниках стояли возле стены. На старой скамейке были разложены инструменты. Шлем для сварки напомнил Лекси шлем Боба Фетта из «Звездных войн».
Чарли обвел Лекси вокруг большой металлической скульптуры — переплетение конусов и проволоки, производившее впечатление чего-то очень женственного и напоминавшее работы кубистов. Он стал разворачивать холсты, показывая ей свои творения, и тогда Лекси забыла и о скульптуре, и о сиденьях для унитаза. Она была ошеломлена тем, что их создал вот этот самый, стоящий рядом с ней суровый и сердитый человек. Его озлобленная душа явно тянулась к свету.