Когда стало темнеть, небо заволокли тяжёлые облака. Начинался дождь. К счастью, на опушке леса нашлась дряхлая, но ещё довольно прочная избушка, на время приютившая четверых скитальцев. Скорее всего, она стояла тут ещё со времён пятой мировой войны, когда особо принципиальные жители городов предпочли переехать в безлюдные леса и вести отшельническую жизнь на лоне природы, тем самым якобы уменьшая выбросы вредных веществ в окружающую среду. После того, как половину таких экофилов съели лесные хищники, остальные побросали свои дома и вернулись к цивилизации.
— Мы не должны надолго останавливаться, — сказал Стрелок, скидывая с плеч рюкзак и усаживаясь в скрипучее кресло.
— К сожалению, у нас нет выбора, кроме как дождаться здесь окончания дождя, — возразил Крэг. – На улице нас будет гораздо проще выследить. Льёт ведь как из ведра. Под крышей хотя бы сухо. И тепло. Относительно.
— Это всё равно задержка. Время поджимает.
— Ну, так иди, — Крэг указал на дверь. – Тебя никто не держит.
Фыркнув что-то себе под нос, Стрелок отвернулся к стене и прикрыл глаза.
— Я так и думал, — подытожил Крэг.
Дождь шёл уже полночи. Джоуи удобно расположился у окна в прихожей и рассматривал струйки воды, стекающие по стеклу. За его спиной альбинос, полулёжа на кушетке, просматривал старые пневмогазеты. Им, должно быть, уже лет двадцать, но сохранились они сносно. Во второй комнате Крэг со стрелком при свете старомодного светильника, работающего на жидком топливе, играли в нарды, найденные на книжной полке рядом с Ветхим Заветом и сборником кулинарных рецептов для вегетарианцев. Больше комнат не было, только захламлённая каморка, в которой пыли оказалось больше, чем во всём остальном доме.
Неожиданно Джоуи охватило то же самое чувство беспокойство, как тогда, когда ему довелось случайно подслушать разговор о мутагене. Только сейчас это чувство было гораздо сильнее. Он встал и подошёл к окну, присмотрелся.
— Гидроболоиды! – крикнул он за мгновение до того, как входная дверь, слетев с петель, ударилась о пол.
Альбинос бросил газету и вскочил на ноги, оказавшись лицом к «лицу» со столбом воды, выросшем прямо посреди комнаты. Не дав противнику опомниться, гидроболоид прильнул к его лицу и через глаза, рот и нос проник в тело альбиноса. Тот вроде бы никак не изменился, только лицо словно потеряло тень всяких эмоций и стало, казалось, бледнее прежнего. Джоуи рванулся к двери, но не успел.
В другой комнате, Крэг потушил светильник, а Стрелок достал любимый пистолет и направил его на дверь, ведущую в прихожую. Она открылась с размаху. От первой пули альбинос увернулся, вторая прошла мимо и попала в дверной проём. Сначала, разглядев, в кого целится, Стрелок подумал, что ошибся, но затем увидел в его руке голову Джоуи. Он понял, что им не спастись. И всё же выстрелил ещё раз. Альбинос подставил под удар лоб Джоуи. Пуля прошла насквозь до затылка.
— Стоп, снято!
Загорелся свет. По съёмочной площадке забегали служащие. Крэг и Стрелок пожали друг другу руки и поздравили с удачным завершением съёмочного дня. Постепенно меняя цвет волос на чёрный, а глаз на фиолетовый, альбинос отнёс голову Джоуи, в которой уже заросла дыра от пули, к его телу, аккуратно положенному у стены на клеёнчатый настил. Усевшись тут же, рядом со срастающимися частями Джоуи, он снял испачканную тёмно-красной краской рубашку и натянул приготовленную для него белую майку. Приходя в себя, Джоуи захлопал глазами.
— Зрение всегда возвращается дольше остальных способностей, — кашлянув, сказал он. – И зачем было простреливать уже оторванную голову? Зрелищности им мало… Зато тупизны хватает.
Через несколько минут, окончательно оклемавшись, Джоуи приподнялся на локтях, провёл пальцами по шее и заговорил снова:
— Слушай, а что это за синебородый появился в клубе? Он новенький? Я его раньше не видел.
— Да, новенький, — ответил альбинос, выписывая струйками воды петли вокруг пальцев, — его из Европы привезли. Вроде бы будет сниматься в фильме про вампира. Не знаю точно.