Господи, вот это мука! Девчонка нисколько не преувеличивала... Дыхание то учащалось, то совсем застывало. Неожиданный свет в глазах – и снова прокатило волнами, ощутил внутренний жар, мгновенно вспотел. Да какое вспотел, вымок так, словно вылили ковш воды за шиворот, до самой поясницы! Ничего ж себе! Едва сдержался, чтобы не застонать, но зашевелился, так, что кушетка заскрипела.
- Сергей, как Вы? Держитесь, будет ещё несколько волн!
Старался не распускаться, но в какой-то момент показалось, что теряю сознание. В глазах потемнело, в ушах звон перешёл в свист, потихоньку начало придавливать, но тут же отошло. Удалось отдышаться... Хорошо, что не тошнило, и спазмы до горла не доходили, но на боку лежать уже непереносимо. Диана помогла лечь на спину, убрав валик. Откинулся, глаза открыть сил нет, но и с закрытыми вижу мерцающие звёздочки и плавающие разноцветные линии.
- Серёжа, ещё немного, это самый пик! Потерпите, мой хороший! – сквозь шум пробивается голос девушки.
Только киваю, едва сдерживаясь, чтобы не застонать. В глазах снова круги, теперь светлые, сознание стремится вырваться за пределы тела… Становится страшно: неужели это возможно - вот так ускользнуть за барьер? Может, и застонал, только сам это уже не слышал, видимо, отключился.
Пришёл в себя от влаги на висках, невольно пошевелил головой от скатившейся на грудь струйки.
- Серёженька, умничка, вот и всё, не бойтесь, больше так не будет! Вы меня слышите, Серёжа? – взволнованный девичий голос вытягивает из забытья…
- Да, всё хорошо… - едва смог разжать рот: так крепко, оказалось, зубы сжал!
- Теперь уже не так сильно будет, можно потихоньку расслабляться.
- Долго ещё? – надо же, губы не пересохли… С трудом приоткрыл глаза: у Дианы в руках влажная марля, сложенная в несколько слоёв.
- Сильные – примерно полчаса, потом уже по мелочи. Можно, помогу Вам, Сергей?
Девушка вернулась из-за ширмы с большим полотенцем в руках - точно не лишнее. Помогла приподняться, сам весь мокрый, пижаму можно выжимать, слава богу, так и не тошнило. Оказалось, тазик не для того, о чём думал, - сбросить сырую одежду.
Девушка тактично отошла за загородку. Снял с себя всё, вытерся полотенцем, едва удерживаясь на кушетке. Облачился в свежую пижамную рубаху - похоже, здесь неплохой запас на такие случаи.
- Теперь пойдёт легче! – сказала Динка, перестилая кушетку.
- Да уж, надеюсь, такое не повторится.
Но повторилось, пусть и не так страшно, но словно растягиваясь… И не сравнить, что хуже: сильный всплеск боли с блаженным затуханием или длящееся мучение… Всё же выдержал. Тазик по прямому назначению так и не пригодился, да и потливость пошла на спад. К пятому или шестому разу боли почти не было: просто прокатывало, как прибоем на прибрежном песке. Не скажу, что приятно, но после первых откатов – чуть ли не лечебный (почему и больновато) массаж.
Девушка терпеливо ждала, пока меня отпустит, а самому всё больше неудобно за беспомощное состояние. Моё ложе представляло собой кошмарное зрелище: не зря клеёнка подстелена. Уже и вторая рубаха вдрызг мокрая – как выходить в таком виде из комнаты? Но Диана не упускала меня из-под контроля: помогла подняться и проводила в ванную, где уже ждала деревянная решётка на бортиках.
- Прямо на неё и садитесь, чтобы не упасть ненароком, а я пока приберусь.
Возражать и сил нет, да и ни к чему. Почему-то не чувствовал стеснения, словно девчонка и правда моя сестра.
Ванна показалась просто роскошной. Душ с гибким шлангом, импортный, может, и финский – не разбирался, но удобство оценил: не надо никуда тянуться. Колонка прогрелась, и я с наслаждением подставлял себя под обжигающие струи. После такого блаженства вышел, словно на крыльях, даже ног не чувствовал.