- Спасибо, не против!
- Диночка, тогда давай наш столик!
Девушка поставила поднос на каминную полку рядом с часами и старинными подсвечниками. Занятный столик, напоминающий тумбочку, ею и оказался. Диана потянула за ручки по краям, крышка раскрылась, приподняв скрытый в шахте коньяк, бокалы, вазочку с орешками и овальной коробочкой. На кружевном орнаменте крышки отливалось золотом название - «Шоколадные трюфели».
- Ой, мои любимые! – не сдержалась девушка. – Сейчас лимончик нарежу!
Диана подхватила поднос и покинула кабинет, профессор разлил коньяк, чуть плеснув напиток на дно бокалов. Раскрыл конфетную коробку, пододвинул вазочку. Я тоже взял бокал, покрутил в руке, глядя на сползающие по стеклу «слезы». Пьянящий аромат, казалось, перебивал даже запах камина. И в этот момент меня отпустило, казалось, все проблемы остались за порогом профессорской дачи.
Павел Иосифович не торопил, или ждал лимон, или понимал моё состояние. Диана вернулась с подносом, на этот раз на нём два блюдца с лимоном, пара изящных вилок, розетка с молотым кофе и ложечкой. И неожиданно фужер и бутылка «Ситро». На мой удивлённый взгляд ответила:
- Я же не употребляю алкоголь!
Вот как, но я же помню первый вечер. Диана, видимо, поняв моё сомнение, сразу добавила:
- Дома красное вино и только после перехода, - и налила себе целый фужер шипучки.
- Это так, друзья мои. Вам, как лётчикам после полёта, полезно «красное» - помогает восстанавливать силы.
Ну да, ведь всего-то бокал. Вспомнил своё состояние: после двух не захмелел ни капли. Даже подумал тогда: какое раньше вино слабенькое, хотя и вкусное. Но больше раздумывать шеф не позволил.
- С прибытием, Сергей Михайлович!
С лёгким звоном сдвинули бокалы, Диана просто приподняла за тонкую ножку свой фужер и припала к нему, явно скрывая улыбку. Всё равно по ней видно: довольна, что у нас так происходит. Ещё бы - ведь я её первый проходящий, да ещё и успешно доставленный к шефу.
- Поздравляю, молодой человек, Вы благополучно прибыли в 1961 год! Да-да, именно молодой.
Это он на мою непроизвольную улыбку.
- По сравнению с Вами кратно старше! По паспорту мне шесть десятков без года.
Ну, честно, не больше! Выглядит хорошо для своих лет, и это по меркам «моего» времени!
- На самом деле прожил около восьмидесяти. Так что кое-какое понятие о жизни у меня имеется.
- Как же так получилось?
- Скрывать не стану: много времени проводил в межвременьи, то есть, мотался туда-сюда. Особенно, когда совершенствовался в живописи.
- Как это?
- Как-нибудь расскажу. Впрочем, по делам тоже приходилось.
- Переход как-то воздействует на организм, кроме этого «отката»?
- Само собой, причём плодотворно, и не только на живую материю. Вы принесли с собой что-то, кроме денег и бумаг?
- Конечно.
- Так вот, учтите, что оно с каждым переходом станет только крепче. А живая материя словно обновляется. Это вкратце. Надеюсь, в некоторой степени успокоил?
- Очень серьёзная заявка, профессор!
- Подтверждённая самим временем, как уже понимаете.
Шеф потянулся за бутылкой - отказываться не стал. Похрустев орешками, профессор с добродушным выражением лица продолжил:
- Как Вам показалось в СССР, не успели сильно разочароваться в прошлом времени?
- Вы правы, некоторые моменты, конечно, непривычны, но в детстве, порой, ездил на лето к дальней родне, да и на стажировке довелось побывать там, где жизнь не намного отличается от нынешней, разве что вместо керосинки - газ в баллонах.
- Вообще-то газ в баллонах это великое благо, здесь как раз такой, очень удобно. Но про бытовые особенности не раз пообщаемся, чтобы не допускать глупых ошибок. Хотя, смотрю, парикмахерскую уже освоили.
- Да, Диана не разрешила мне совершить самоубийство таким зверским способом, - невольно повернулся к улыбавшейся девушке.
- При желании научитесь обращаться и с опасной бритвой, да и хорошие шведские лезвия достать не такая уж проблема. Тем более, если Вы вдруг решите с нами сотрудничать.
- Разве может быть по-другому?
- Приятно, что так разумно мыслите. Не против, если и сам поделюсь мыслями?
- Конечно, нет!
- Вы попали в непонятную ситуацию и, к моему удивлению, очень достойно подготовились, судя по вашему виду, и не только. Вас даже не сразу заметили, когда выслеживали Диану.
Ничего не сказал, но понял, что мои мысли насчёт того парня были абсолютно верны.
- Получается, другие были не готовы?
- Скорее, Вы - исключение.
Тут меня пронзило озарение:
- Скажите, пожалуйста, Павел Иосифович, Вы сами здешний или тоже, как я?
- Скрывать не стану, сюда попал абсолютно случайно. Если хотите, поговорим об этом позже.
- И долго здесь обитаете?
- Это случилось, по здешним меркам, в середине тридцатых, то есть, только «прямого времени» прожил больше четверти века.
- Бывает и «непрямое»?
- Надеюсь, Диана говорила, что при переходе возвращаетесь почти в то же самое время, откуда ушли. Это действует и в обратном направлении. Так что спокойно можете побыть у нас какое-то время, посмотреть на нашу жизнь, затем проводим обратно. В дальнейшем вряд ли когда-то встретимся. Это был бы самый простой и самый спокойный для нас вариант.
- И довольно приятный, этакая экскурсия в прошлое!
- Разумеется, наше гостеприимство не потребует от Вас расходов: проживание и питание обеспечить несложно. Тем более, по первым отзывам, Вы - человек порядочный и интересный. Да и сам не прочь пообщаться, поговорить о будущем.
- Зачем?
- Что делается «там», мы прекрасно знаем, хотя газеты оттуда не перевозим, а если перевозим - долго не храним. Да и Вы сами к этому привыкнете, уверяю: покидать нас будет очень печально. Но у каждого своя ситуация, хотя скажу - кто попал сюда, не пропадает.
- И как же происходит этот отбор? Специальная комиссия, что ли, как в советские годы за границу выпускали.
- Ну, ещё одно подтверждение, что готовились. Нет, этот отбор не зависит ни от меня, ни от кого-либо ещё из людей. Есть определённые признаки, по которым человек может сюда проходить.
- Вы их знаете?
- Даже я не всё знаю.
Невольно отметил про себя профессорское «даже я». То есть, правильно догадался, что он здесь главный?
- Что же сами не вернулись обратно?
- По многим причинам, о которых пока особо не стоит говорить.
- Предлагаете и мне последовать Вашему примеру? Не хотите, отпускать меня обратно?
- Почему же, молодой человек? Очень даже хочу, хотя бы даже для того, чтобы оформить Вам нормальные документы. Пусть для временного проживания, но хорошие бумаги.
- Как же схема с сельхозартелью?
- Артели могут прикрыть в любой момент, что постепенно и происходит. А документы совнархозовского предприятия подделать гораздо труднее. Кроме всего прочего, в будущем и паспорт не помешает!
- Но если меня это не устроит?
- Тогда, после некоторого промежутка времени, можем доставить Вас обратно, как уже сказал, в тот же момент.
- Не побоитесь отпускать?
- Никаких обещаний брать не станем, всё равно Вам никто не поверит. Да и не в Ваших собственных интересах рассказывать о случившемся. Подумайте о моём предложении, поживите здесь, приглядитесь - и вернётесь с яркими впечатлениями к прежней жизни! Разумеется, если у не было других замыслов и намерений. Хотя уже то, что Вы здесь, говорит о многом: просто так сюда попасть очень и очень непросто.