- Какая она талантливая, ещё и рисует, и поёт.
- Довелось услышать её голос?
- Да, они с Валентиной пели для меня.
- Может, познакомься с Валей раньше, помог бы и ей развить талант. Сейчас и поздно, и сама не решится.
- Но Вы ей с работой поспособствовали?
- Это всё Семён. Сам разве что жениха помогу найти.
- Пожалуй, это сложнее, чем сделать из неё певицу, - невольно улыбнулся.
- В чем-то Вы правы, Сергей Михайлович. Скажите, она Вам приглянулась?
- Очень хорошая женщина, насколько успел узнать. Даже обидно, что она одна.
- Послевоенное поколение, увы, обычное дело. Не пора ли обратно, а то далеко зашли?
Глава 38. Чем дальше в лес...
Разговор точно зашёл не туда: вдруг представил себе Валентину в купальнике на комаровском пляже… С чего бы это, не после же слов о возможном замужестве??? Надо бы думать, о чём говорю - как быстро забыл, где нахожусь! Профессор, будто и не заметив моего смущения, ждал ответа, повернувшись навстречу пробивающемуся сквозь облака солнцу.
- А не рано ли мне обратно?
- Похоже, Вам у нас понравилось? Не станем спешить, побеседуем прямо здесь, только присядем вот на эти брёвна! – мой спутник показал на груду топляка.
Расположились даже с комфортом: здесь почти безветренно. Вроде бы дело к полудню, но ни на берегу, ни на воде никого не видать. Понятно, что в такую пору в заливе делать? Для рыбаков ещё рано или, наоборот, поздно. Не видно ни одного кораблика или даже катера, только на песке поодаль тёмные тушки лодки кверху брюхом. Полюбопытствовав о рыбалке, получил неожиданный ответ, напомнивший, где нахожусь.
- Зимний сезон закончился: корюшка и салака ушли. А корабли этим фарватером вообще не ходят, только летом мелкие «пассажиры» до Зеленогорска. К слову, прошлым летом здесь две мины взорвали, это не считая, сколько без шума обезвредили.
- С войны остались?
- Финский залив моряки называли «суп с клёцками», так густо насыпано. Но сейчас уже почти всё расчистили. Как потеплеет, и парусные яхты появятся, и рыбацкие лодки выйдут в залив. На днях здешние рыбаки свои посудины смолили, ох, и аромат по берегу стоял!
- Надолго такое затишье?
- Через неделю будет не повернуться.
- Почему же?
- Так ведь Первое мая впереди, ещё и воскресенье выпадает на тридцатое. Нечасто получается выходной и два праздничных дня: гуляй – не хочу! Народ сюда и потянется: кто уже летний сезон начнёт, кто просто праздники провести.
- С шашлыком и музыкой?
- Здесь пока так широко гулять не принято. Выпивать на пляже не возбраняется: и пивко, и портвейн, и водочку. Но вокруг обычно много детей, поэтому стараются по-тихому. Костры в общественном месте разводить не положено, да и шашлык не так популярен. Вот самовары на природу ещё берут, как до войны, но уже чаще обходятся термосами. И патефоны редко сейчас увидишь, самый писк моды - транзисторные приёмники.
- Как Ваша «Спидола»?
- Она из опытной партии, но и других хватает. Правда, на нашем пляже относительно тихо, не считая детского гомона. Комарово - вообще место спокойное, ещё и поэтому сюда забрался.
- Уже заметил, никакой суеты.
- Так здесь «академический городок», плюс ленинградская элита во всех смыслах, ну, и остальные, вроде меня.
- Поэтому кругом милиция?
- У нас даже участкового нет, ближайший - в Зеленогорске. Здесь тихо и без «органов», может, всякое жульё как раз считает, что тут за каждым углом милицейский или, вообще, «гэбэшный» агент сидит.
- Разве не так?
- Да кто такие здешние обитатели, чтобы слежку устраивать? Нужное и так по телефону услышат, остальное - добрые люди нашепчут из их же окружения. Но чаще и вовсе сами коллеги доносят друг на друга, но сейчас про это не будем. Хотя, если бы остались на праздник, смогли бы заметить, что Первомай в посёлке празднуют иначе.
- Как это, по-антисоветски?
- Отнюдь, внешне всё благопристойно. Просто в городах и даже в посёлках ходят на демонстрации, а наша «интеллигенция» показывает, что она сама по себе, выше прочих, у них словно отдельный праздник. Кто-то намекает на большевистские маёвки: мол, по-настоящему празднуем, как предки. Кто-то фрондирует, но, конечно же, ни там, ни там не услышишь партийных лозунгов и здравиц во славу Никиты Сергеевича.
Здесь Павел Иосифович широко улыбнулся - понимай, как хочешь.
- Среди партийных давно бытует шутка: прежде большевики маскировали нелегальные партийные сходки под пьянки, а нынешние коммунисты маскируют пьянки под партсобрания.
- Интересно!
- Вот Вам уже смешно, Сергей Михайлович!
- Немного. В моё время на работе уже давно не пьянствуют.
- Наслышан. И ведь справились без дебильных антиалкогольных кампаний и запретов.
- Так некогда, времени жаль! А на демонстрации и правда добровольно ходят?
- Желаете поучаствовать?
- Разве можно?
- Препятствий никаких не вижу.
- Разве что «поездка обратно»…
- Не забывайте, всё зависит от точки перехода. Пока она не закрыта, можете провести «там» хоть всё лето, а потом вернётесь обратно «сюда», в апрель.
- И смогу здесь повторно прожить это время?
- Если сказать просто, то почти так, но связь событий сложнее.
- Поверю Вам. Расскажите ещё о Первомае.
- При всей обязаловке это настоящий праздник. Народ готовится: столы собирают, наряжаются. Особенно женщины стараются, будто к весеннему показу мод.
- А на Седьмое ноября – осенние модели?
- Скорее, зимние. Сейчас у простых людей не так много радостей, это элита избалована, впрочем, как и во все времена.
- А Вы сами?
- Стараюсь жить в достатке, но без шика, вполне хватает того, что есть. Поверьте, не рисуюсь, поэтому и особо не общаюсь в творческих кругах.
- Но встречные с Вами очень тепло здороваются.
- И я с ними, почему бы и нет, они неплохие люди. Главное, что не пересекаемся по работе, поэтому с ними никаких проблем.
- Логично.
- Тем более, редко кто из художников пробивается в Комарово.
- Вот упомянули довоенные времена, Вы их застали?
- Разумеется, попал сюда в середине тридцатых.
- Как же пережили репрессии?
- Сергей Михайлович, надеюсь, ещё будет время об этом поговорить подробнее, но одно сразу скажу: не суйся туда, куда не надо, и тебя не увидят. Или наоборот, будь там, где тебя видно насквозь. Ещё лучше стать нужным, тогда, тем более, нечего бояться. Не хочется, чтобы лично убеждались, но поверьте, чтобы попасть под внимание «органов», надо очень сильно постараться.
- То есть?
- Например, попытаться проникнуть туда, куда не положено, либо вести себя так, чтобы вызвать пристальное внимание: пьянствовать, буянить, либо тратить очень большие деньги, причём регулярно. Но это правило, наверное, актуально во все времена.
- Даже в СССР, где всё под контролем?
- Забудьте либеральные бредни, сочинённые для развала страны. А уж про тотальный контроль - это вообще голливудские сказки.
Профессор говорил спокойно, и у меня не было оснований не верить его словам. В конце концов, ведь он прожил те годы и не пропал.
- Я тоже когда-то так думал, но поверьте, мой друг... Разрешите Вас так называть?
- Конечно, с радостью!
- Самое отвратительное, что этому поверили дети тех, кто жил в те времена. А бардака и при советской власти хватает. Конечно, в определённых отраслях порядка больше. Есть сферы, куда соваться с сомнительными документами либо без них не рекомендуется, но миллионы людей живут без паспортов и при этом даже перемещаются по стране.