Писарев усмехнулся:
— Ну и орел! Что с тобой поделать, — вздохнул Павел Федорович. — Только я привык, что ты рядом, на разметке…
— Ничего, отец, скоро будет подходящая замена.
— Какая там замена?
— Как какая? Или забыл, что Миханя уже не маленький?..
А ведь верно. Второй сын Писарева, Михаил, уже заканчивал школу. Он не раз признавался старшему брату: буду, как и отец, разметчиком.
Саша исподволь учил младшего брата разбираться и в чертежах, и в элементарных приемах разметки, и вообще во многом из того, чему научился у отца. Так что, когда «вступил в строй» Михаил, отец только диву давался: когда ж это тот успел «нахвататься» многих премудростей в профессии, к которой только-только подступался.
Но в свою очередь и Михаилу было чему изумляться, когда он увидел, каким почетом окружен отец, непревзойденный мастер и знаток своего дела…
Вот едва начался трудовой день, и Михаил видит: конструкторы и технологи приглашают Павла Федоровича обсудить чертежи нового станка. Он слышит, как отец говорит:
— В этой конструкции не меньше двух тонн металла. А что, если убрать это и это, а вот это упростить за счет второстепенных элементов?.. По-моему, полтонны стали сэкономим, и конструкция будет компактней…
Каждый рабочий день Писарев-младший, которого, между прочим, за невеликий по сравнению с отцом рост прозвали Писаренком, делал открытия. Открытия в характере отца.
Он знал, например, что отец зарабатывает немало, пожалуй, больше других разметчиков. Но ведь вот что интересно: будучи сдельщиком, отец, казалось бы, должен быть заинтересован в возможно большем количестве разметочных операций. А он слышит, как Павел Федорович убеждает технолога? «Это зря… На этих деталях можно вообще аннулировать разметку, если применить универсально-сборочные приспособления…» — и называет, какие — те, что сам придумал и смастерил.
Или еще: отец получает задание на разметку пятнадцати сходных деталей. Подумав, сообразит, где что упростить, удешевить, улучшить. Но вместо того чтобы оформить пятнадцать рационализаторских предложений и соответственно получить за них, пишет одно на все детали сразу. «Чудак, — думал он. — Как будто нарочно хочет оставаться внакладе». Тем более, он слышал, как сам начальник уговаривал отца:
— Оформляй все свои предложения, независимо от их эффекта. Нам это очень важно для показателей…
А отец в ответ:
— Если все оформлять, бумаги не хватит… Да и ни к чему мне мелочиться. А что до показателей, то лучший показатель — само дело, а не цифирь в графе. Лучше сделал дело — вот тебе и показатель.
Тут было над чем подумать.
Спустя несколько лет, когда в цехе стали добиваться, чтобы каждый сменщик работал со своим напарником на один наряд, не все на это легко пошли. Иные рассуждали так: конечно, для производства это выгодно. Меньше хлопот по оформлению заказов и подсчетам, меньше времени на передачу оборудования друг другу. Можно на ходу, как эстафету, передавать товарищу станок, не останавливая его, не снимая не готовой еще детали. Но… многих это смущало: если наработаешь больше, а сменщик меньше — прогадать можно…
Но Писаренок навсегда запомнил, что сказал отец: «Не к чему мелочиться — стыдно». И кстати, он, отец, первым перешел работать на один наряд со своим сменщиком Алексеем Шушкиным. Следом за отцом и старший брат Александр со своим сменщиком согласились работать на один наряд. Ну и, разумеется, Михаил их примеру последовал. Это уж само собой…
Как-то Павел Федорович сказал в раздумье:
— Сыновья — они как верстовые столбы моей жизни на одной рабочей дороге. И кажется иногда, что у меня с ними одна на всех трудовая книжка. Хочется, чтобы каждая страничка в ней была без единого пятнышка… Вот и переживаешь все время за каждого: как он? что он? Не подпортил бы своей, а значит, и отцовской биографии. Чтобы дорожил честью фамилии. Чтобы знал и любил свое дело. Чтобы нигде и ни в чем не чувствовал себя посторонним.
Я невольно вспомнил об этих словах, когда старший мастер механического цеха Емельянов, человек сдержанный и не особенно охочий до бурного выражения восторгов, предложил мне:
— Хотите, я сейчас познакомлю вас с одним парнем, который здорово и не раз выручал цех в самой сложной ситуации и заменил однажды даже целый токарный участок?