Не знаю, не могу сказать, долго ли думал Напалков о неосуществленной карьере журналиста, но свою первую научную работу в медицине он написал уже на втором курсе. Она была посвящена отнюдь не онкологии, — о том, что он станет онкологом, Напалков тогда и не думал, он собирался стать хирургом, как его отец и дед. Случай, как всегда, вмешался в намерения и повернул его жизнь по другому руслу: прежнего руководителя научной работы перевели в Москву… И тут на пути Напалкова оказалась онкология. А может быть, он, Напалков, оказался на пути онкологии, возможно, он все равно пришел бы туда, где решаются одни из самых животрепещущих вопросов современного здравоохранения — вопросы борьбы со злокачественными новообразованиями (в просторечье называемыми раком), — так или иначе вся дальнейшая жизнь Николая Напалкова связана с тех пор с онкологией.
Его кандидатская диссертация, написанная в 1959 году, называется «Экспериментальный рак щитовидной железы».
Его докторская диссертация, защищенная десять лет спустя, называется «Бластомогенное действие тиреостатических веществ» и исследует канцерогенные свойства таких веществ, как некоторые гербициды, лекарства, различные пищевые добавки, промышленные продукты и т. д.
Этим же вопросам посвящены десятки и десятки научных работ.
Ему повезло с характером — без упорства в науке сейчас нечего делать. Ему повезло со здоровьем — далеко не всегда и далеко не каждый может выдерживать напряжение, длящееся неделями и месяцами.
Ему повезло с учителями — он учился и работал бок о бок с корифеями советской онкологии — Н. Н. Петровым, А. И. Серебровым, Л. М. Шабадом.
Ему повезло, как повезло всем, кто занимается любимым делом, вне зависимости, как это дело называется — онкология, химия, физика, музыка, селекция, выплавка стали или прокладка дорог; для таких людей существует только одна проблема — проблема времени, которого им всегда не хватает.
В медицине все это, правильное вообще, трижды и четырежды усугубляется самим предметом исследований, предметом, связанным с надеждами тысяч и тысяч людей.
Нет, пожалуй, человека, оставившего свое имя в медицине, который так или иначе не задумывался бы над тайной перерождения здоровой клетки в злокачественную, тайной, разрешению которой уже столько лет противится природа.
Но задача эта столь обширна и столь сложна, что одному, даже самому развитому государству она не под силу — так фантастически велика сегодня стоимость исследований по всему фронту и всем направлениям онкологии. И нет страны, из тех даже, где борьба с раком в силу объективных условий не входит пока в число первоочередных задач, которая отказалась бы внести посильную лепту в общее наступление на рак, болезнь, к последней четверти двадцатого столетия занявшую второе после сердечно-сосудистых место среди причин смертности.
В этом случае должна, очевидно, существовать какая-то главная, первоочередная задача, которой должно быть отдано, на решении которой должно быть сконцентрировано наибольшее внимание исследователей. Я задаю этот вопрос Николаю Павловичу Напалкову, и он в обычной своей, чуть склонной к парадоксальности манере говорит:
— Самой важной задачей, стоящей сегодня перед онкологами, вернее, перед людьми, ответственными за направление и развитие исследований, является согласованное определение того, какая задача является для онкологии важнейшей…
И это — не парадокс, нет, — это признание, лишний раз признание того, сколь сложна проблема. Сейчас уже ясно, что дальнейший успех в борьбе с раковыми заболеваниями может прийти лишь при сознательном ограничении направлений поисков, грозящих иначе раствориться в необозримых возможностях неконтролируемых исследований. Да, надо прежде всего решить, что исследовать вообще и что — в частности; на каком направлении наиболее вероятен успех, куда направлять концентрированные усилия коллективов и отдельных исследователей, что финансировать в первую очередь — поиски ли возбудителя рака или исследования по ранней превентивной диагностике опухолей, обследования ли факторов внешней среды и их связи с онкологическими заболеваниями (эта огромная, общечеловеческого значения тема вплотную смыкается с борьбой за сохранение природы) или следует все силы бросить на разработку новых, более радикальных способов лечения, на создание новых лекарств, совершенствование старых, уже апробированных способов, на расширение коечного фонда, открытие новых онкологических пунктов, подготовку высокопрофессиональных кадров.
Это десятки и десятки проблем, требующих ответа сегодня, сейчас, поскольку уже сейчас тысячи больных ждут помощи и сотни тысяч тех, кого своевременно проведенный осмотр может спасти от возникновения самой болезни; и вместе с тем это вопрос будущего, ибо каждое непродуманное решение может изменить весь ход развития онкологии, а это так или иначе скажется на судьбах других тысяч и тысяч — тех, кто, может быть, еще только делает по земле самые первые шаги.