— А мне только того и нужно было, интересно же решать задачки позаковыристее.
Вскоре ему предложили перевестись в другой цех. Игорь Николаевич расстроился. Подумал, что решили отделаться за «несносный» характер. Но оказалось, переводят его по необходимости — на усиление очного из самых главных участков завода. Дали еще более совершенный станок, итальянца «Инноченти» — он был единственный в своем роде на весь завод. Самый крупный, с программным управлением.
— Станок красивый, умный, удивительный станок, а вот нужного инструмента и оснастки недоставало… Когда я перебирался из второго цеха, поверите ли, инструментом своим нагрузил целый контейнер. Увозил его не потому, что я жадный, а просто невозможно без него. Если бы попытаться вывести формулу успеха станочника, то можно сказать так: мастерство плюс инструмент. Делать его сплошь и рядом приходится самому. Почему соответствующие службы не справляются со своей задачей в нужном объеме? — снова возвращается Игорь Николаевич к рассказу о том, как создавался набор унифицированного инструмента. — Тут, знаете ли, сразу не поймешь, кто виноват, в чем дело. Все «за», все понимают что к чему, хотят лучшего, передового, а дело стоит. Казалось бы, чего проще, работай по известной цепочке: идея — проект — исполнение. Причем оперативно, чтобы даже сама мысль морально не устарела. На деле, пока идея дойдет, дотащится до воплощения в металл, нередко пролетит столько времени, что в инструменте и надобность отпадет. Есть специалисты, которые, чтобы не потерять престижа, будут твердить свое: мол, наш инструмент хороший, надо уметь им пользоваться… Если бы вы только знали, сколько валяется у нас на складах да по углам всякого старья.
Игорь Николаевич достает из письменного стола стопочку уже пожелтевших газетных вырезок, протягивает их мне.
— Посмотрите пока, а я пойду приготовлю чай.
Вот фотография Игоря Семенова. Он в берете, в спецовке возле своего станка. Рассказывается о его работе. Вот он на первой полосе газеты «Ижорец» — положил на деталь сильные руки, сплел пальцы, улыбается. О нем говорится как о передовике производства. А вот он в строгом черном костюме, в белой рубашке с галстуком — член Ленинградского обкома КПСС, выступает перед молодыми рабочими.
«Я бы покривил душой, сказав, что вхождение молодых в рабочий коллектив проходит гладко. Особенно на первых порах они нуждаются в нашей поддержке… Но сколько ты ни возись с человеком, толку не будет, если у него нет психологической устойчивости, я бы сказал, предрасположенности к профессии станочника и, конечно, физической выносливости.
Заводское профтехучилище передает нам нередко «сырых», плохо обученных воспитанников. Это объясняется, на мой взгляд, серьезными просчетами в комплектовании училищ, в профориентации школьников…»
Это из статьи Игоря Николаевича. У него много учеников, они работают в разных цехах. Он готовит их с тщательностью, творческим азартом и честолюбием. Не страшится, не завидует, если ученик пойдет дальше учителя. Выбирает их с пристрастием. Особое предпочтение отдает пришедшим на завод после армии, «как сам когда-то»: и возраст подходящий, и силы поднакопилось, и характер устоялся, и разума побольше — созрела определенность в понимании своего жизненного предназначения. Колеблющийся, трусливый или недогадливый настоящим расточником не станет, не вытянуть. А уж тот, кто решился, делается другом наставника. И поэтому ему важно знать, где и как живет новичок, в каких условиях, с кем водит дружбу, что читает, что является у него «козырем, коньком», а что проигрышем, слабостью…
Еще статья из «Правды». С гордостью пишет Семенов:
«Моя революция — это прежде всего мой завод.
Здесь в годы первой пятилетки дед и отец делали первый в стране блюминг, с заводом связали свою жизнь и мать, и братья. Отсюда по комсомольскому призыву отец уходил в авиацию, а дед в буквальном смысле до последнего дыхания работал на формовке. В том числе и в годы блокады, когда гитлеровцы обстреливали Ижорский прямой наводкой.
Сейчас, конечно, завод не узнать. Дело не только в том, что за последние десять лет он вырос почти вдвое. Это совершенно новое предприятие, которое опять рождается заново. И потом — продукция-то совсем другая: мощность выпускаемого энергетического оборудования в настоящее время должна возрасти почти в пять раз.
Что же значит это для меня, рабочего? Новый чертеж, новая технология, новая оснастка, новые приемы труда… Требования к точности, качеству исполнения неизмеримо повышаются… Надо постоянно учиться и переучиваться, думать, искать. Попробуй остановись — сразу отстанешь…»