— Ну что? — интересуется она, когда движение замедляется. — Будешь ещё бояться?
— Не буду, — улыбаюсь я ей.
Ну а затем мы катаем младших, играем в снежки, и зима больше не пугает меня. Не встают перед глазами обледенелые трамваи, люди, везущие в санках воду и мёртвых, — я всё это, конечно, помню, но сейчас я просто играю в снегу, как до войны. А младшие наши счастливые, и Алёнка радостно смеётся, заставляя улыбаться и меня. Мы смогли победить свой страх. Я смог, а у Кати всё получилось само собой.
И вечером мы сидим за праздничным столом, у красиво украшенной ёлки, ощущая просто запредельное счастье. Блокада нами не забыта, но мы просто живём дальше. Мы живём, потому что жизнь продолжается, и в этой жизни мы должны, просто обязаны быть счастливы.
— Ты счастлива, милая? — спрашиваю я Катю.
— Да, мой хороший, — отвечает она мне, словно освещая весь мир вокруг своей прекрасной улыбкой.
Мы провожаем старый год, встречая новый, год, в котором не будет ни страха, ни боли. Всё плохое остаётся позади, а впереди только счастливая жизнь, я знаю, я верю в это. И спать мы уходим с этими мыслями — впереди будет счастье. Мы заслужили это счастье, так же, как и Алёнка, устроившаяся сегодня между родителями. И мы разрешили, конечно, Новый год же…
В эту ночь нам всем троим снится один и тот же сон. Будто идём мы все втроем по проспекту. Вокруг улыбающиеся люди, булочные ещё не полны хлеба, но его вдосталь, потому что нет блокады, нет врага под стенами города — он подыхает в своём логове, окружённом нашими солдатами. Где-то там и мои друзья, может, и коллеги, но сейчас мы идём втроём, потому что знаем: сейчас нам скажут то, к чему мы шли столько дней. Темнеет, но улицы полны света, а небо уже полностью наше, и можно сорвать светомаскировку, хоть и страшно. И тут…
— Внимание! Говорит Москва! — доносится из репродукторов. Все люди на проспекте, буквально людское море, как будто весь Ленинград сейчас здесь, замирают.
Все замирают, потому что голос Левитана, знакомый каждому, звучит радостно, торжествующе. И мы понимаем, что именно он сейчас скажет. Замирают люди вокруг нас, всхлипывает моя Катенька, смирно сидит на моих руках Алёнушка, слушая, что говорит дядя из самой Москвы.
— Великая Отечественная война, которую вёл советский народ против немецко-фашистских захватчиков, победоносно завершена, Германия полностью разгромлена! — торжественно звучит над нами, и мы плачем. Мы плачем, потому что в этот миг нам говорят, что война закончена.
Повисают над головами гроздья салюта, люди кричат, смеются и плачут. Дорогой ценой нам далась Победа, но мы победили. Я понимаю: победили именно мы, живые и мёртвые, воевавшие и трудившиеся в тылу, мы победили! И, визжа от счастья, взлетает в небо Алёнка, поняв, что больше не будет бомб, холода и грызущего изнутри голода. Мы победили.
Мы просыпаемся в слезах, все трое. Мы просыпаемся и плачем, а на этот плач собирается вся семья. Все наши родные, очень близкие люди разделяют с нами Победу, хоть никогда и не видели, как бывает плохо, не чувствовали страшного голода, они с нами всегда.
— Мама, а почему сестрёнка плачет? — спрашивает Дана, глядя на Катю.
— Кате, Грише и Алёнке сделали подарок, — объясняет мама. — Они увидели то, чего и не ждали увидеть, отчего теперь всё будет хорошо.
Успокоившись, мы одеваемся и ещё даже до завтрака вылезаем на улицу, к ёлочке. Подарки же! Хотя мы трое получили самый важный подарок — мы видели Победу. Чувствовали её, смотрели салют и на счастливых людей вокруг. Мы были с ними сегодня во сне. Это очень большой подарок, просто неописуемый.
А возле ёлки, прямо около гостиного дома, обнаруживается и настоящий Дед Мороз. Он одаривает всех подарками, но нам с Катей не протягивает ни медвежонка, ни сладость. Одарив наших младших, маму и папу ещё, Дед Мороз подходит к нам с Катей. Одет он в красную шубу, посох у него, как в сказках, и взгляд испытующий.
— Помнишь, как раздавал малышам конфеты? — спрашивает он меня, на что я киваю. — За то, что были вы такими, я сделаю вам подарок.
— Да мы уже получили подарок, — улыбается Катя в ответ. — Очень большой подарок.
— Вы станете детьми, сны о прошлом больше не придут к вам, — торжественно произносит Дед Мороз. — А ваша жизнь будет полна всего того, чего желали вам ваши малыши.
Что он имеет в виду, мы узнаем только позже, а сейчас мы веселимся, играем и чувствуем себя самыми счастливыми на свете.