— Маловероятно, — фыркнул он.
— Ты слишком близок к объекту расследования, потому что эмоционально вовлечён. Тебе нужен беспристрастный слушатель.
— Как бы страстно ты ни возражала, Иви, не думаю, что тебя можно назвать беспристрастной.
А голубоглазый за словом в карман не лезет.
— Продолжай. Я никому не скажу, — в доказательство я вытянула руку со скрещёнными пальцами. — Я обещаю.
Винтер что-то пробормотал себе под нос.
— Ладно, — сказал он. — Дайал был амбициозен, — он сопроводил свои слова таким жестом, словно это всё объясняло.
— Эм, не хочу тебя расстраивать, но почти каждая ведьма в Ордене амбициозна.
В ответ на мою неспособность понять смысл его слов он закатил глаза.
— Он выдвигал кандидатуры менее компетентных членов на позиции, которые они не должны были занимать, чтобы в будущем они могли в ответ поддержать его, — он помолчал. — Ну, или мне так казалось. Адептус Экземптус Дайал мог быть очень убедительным, когда хотел этого.
Я это обдумала.
— Так мог ли кто-то из так называемых менее компетентных членов убить его?
— Зачем кусать руку, что тебя кормит?
— Потому что, — мягко сказала я, возвращаясь к своей прошлой мысли, — каждая ведьма в Ордене амбициозна, — я обогнула его, обходя лестницу, прислонённую к стене моего дома.
Его губы дрогнули.
— Такая вероятность существует, — наконец признал он.
— Ха-ха! Видишь? Я могу это сделать, — я развела руки в стороны. — Я могу быть выдающимся гением сыска.
— Это теория. И не очень правдоподобная, — на секунду Винтер остановился. — Не имея каких-либо конкретных доказательств, нельзя верить ни в одну теорию. В противном случае ты начинаешь искать улики, подтверждающие твою версию, а не наоборот. В этой сфере деятельности нет коротких путей. Желание преуспеть и сделать всё возможное — вот что двигает общество вперёд.
— Не всем суждено стать Ипсиссимусами. Что двигает вперёд общество, так это крепкий костяк людей, желающих выполнять работу, о которую их лидеры не хотят пачкать руки.
— Вроде вождения такси? — сухо спросил он.
— Ну ладно, может, не совсем это. Я думала об уборщиках и мусорщиках и собирателях трав. О таких профессиях, хотя людям правда нужен способ добираться до того или иного места при необходимости. Но ты же понимаешь, что я имею в виду.
— Я понимаю, — ответил он. — Но и ты должна понимать, о чём я говорю, — он открыл парадную дверь и придержал её для меня, а я прошмыгнула внутрь.
Я сморщила нос.
— Ну да, ладно, думаю, я понимаю, — я бросила на него беглый взгляд и улыбнулась. — Ты только посмотри на нас, — размышляла я. — Мы такими темпами скоро возьмёмся за руки и побежим вприпрыжку, — я свернула налево к лифтам, а Винтер отправился прямиком к лестнице. Ну да, нельзя получить всё и сразу.
Мы снова встретились наверху и пошли в квартиру Евы. Хотя Мудак и Ева едва могли шевелиться, Принцесса Парма Перивинкл и Гарольд отлетели друг от друга. Мне показалось, что они вылизывали друг друга, но я не могла с уверенностью утверждать. Я подумала, что Брутуса бы это задело, если бы он узнал. И думала я так ровно до того момента, пока он не показался из-за ближайшей подушки, зевая и выглядя при этом чертовски самодовольным. Ладненько.
Винтер переводил взгляд с котов на меня и обратно. Мы разделили с ним этот забавный момент, а потом отправились работать. Я подошла к Мудаку, в то время как Винтер сосредоточил внимание на Еве.
— Как оно? — поинтересовалась я. Мудак на меня свирепо зыркнул. Я улыбнулась одними губами — Дай-ка угадаю. Ты хочешь, чтобы тебя немедленно освободили. Всё это — ужасное недопонимание.
Винтер вытащил кляп Элис:
— Хотите пить?
Она облизала губы:
— Просто отпустите нас.
— Мы сегодня отправились повидать вашего босса, — сообщила я Мудаку. Его глаза метнулись к моим. Моя улыбка стала шире. — Так и думала, что это привлечёт твоё внимание.
— Вы рассказали ему о нас? — требовательно спросила Элис. — Он знает, что мы здесь?
— К сожалению, нет, — ответил Винтер. — Принимая во внимание тот факт, что он мёртв.
Пока Винтер изучал реакцию Элис, я проделывала то же самое с Мудаком. Он мгновенно встревожился, а затем расслабился, словно решив, что мы лжём.
— Это правда, — мягко сказала я. — Посмотри мне в глаза. Ты поймёшь.
— Это вы? — спросила Элис. — Вы его убили? — к её чести, голос у неё не дрогнул.
— Нет, мы этого не делали. — Винтер продолжал смотреть на неё. — Но выглядит всё так, что кто бы это ни сделал, он знал его. Его нашли на кухне с его же собственным ножом, торчащим в горле.